Она работала час или два, создавая новый ползучий сайт, не заморачиваясь над дизайном и доведением до совершенства на этой стадии, просто чтобы опубликовать новость, приобщить мир к этому чуду.

Пальцы на кнопке РАЗДАТЬ, нажимают, и…

кликкк

Видеоматериал с Нолой во всей её телевизуальной красе разлетелся по эфиро-пространству, путешествуя по проводам и волнам, зашифрованный, спутанный, отскакивая от путевых станций, отражая шумы, множась по паутинам и узловым точкам, закрепляясь на сигналах привлечения, опадая картиночной пылью на приёмники, сюда, чтобы быть загруженным, декодированным, спущенными на землю терминальными коконами и тэг-спайкерами, и клипо-ищейками, и всеми искателями, месседж-детекторами, всеми ловцами трансляции из рая, живущую и дышащую женщину с визионной кожей. Зрители включились. Слова распрыскивались, портапопы передавали ссылки, сомаподы нашёптывали друг другу, телебаги хлопали своими крылышками и пели новость в полный голос, десятикратно, тысячекратно.

Клик-джэммеры попросыпались.

Слух сходился и расходился по путям единиц и нулей. Ночь жужжала обрывками речи.

Сеть ртов шептала, пела, кричала, перегруженная.

Шиммертаун заискрил шиммерами, сначала несколькими, а затем всё большими, по мере того, как по миру подключались зрители, искря туда-сюда своими собственными мыслями и чувствами.

Нола продолжала жить, не ограничиваясь экраном, будучи теперь не только плотью, но и эфиром.

Эвелин открыла шумокруг, получила первые запросы спустя считаные минуты: месседжи для Нолы, где бы она ни была.

> Нола, бэйби! Вот моя аватарка. Кожетранслируй меня!

> Флештастика. От начала и до конца! Пожалуйста пожалуйста пожалуйста, покажи миру моего танцующего щенка. Это суперрулёзно.

> Это какая-то фальшивка, верно? Какой-то сраный развод от Джорджа Голда.

> Нет. Это правда. Я слышал об этом от друга. Он был там! В баре.

> Нола… Ты — сама женственность 2.0.

> Приезжай ко мне, НолаБлу. Проверишь мою сеть.

> О Боже, это так уродливо! Хочу быть как она! Где можно встроить такую опцию? Кто-нибудь?

> Она транслирует порно? Я бы предложил свои услуги.

> Покажите меня, ВизСкрн Дева. Пустите мня на свю программу.

> Нола. Пой электрикой тела, почему нет?

Эвелин собрала вводные данные, зациклила, установила обсуждение на авто и облокотилась на спинку стула, дрожа от удовольствия, попивая кофе и поедая кашу из полосатой миски.

Пока её ум пребывал в полудрёме…

Ночной воздух дрожал золотом месседжей

двигавшихся через волны лунного света

проводов и частиц.

По всему миру: глаза ослеплены яркостью

когда пальцы кликают и тапают

в движении к

танцу данных.

Медленный джаз по радио. Туманная музыка прошлых лет.

Ночник: тёплое жёлтое свечение в углу. Остальная комната — в тени.

Нола Блу сидела на кровати, отпивая из надколотой кружки, наполненной бренди. Её тело было завёрнуто в белую простыню, и ничего более.

Мужчина облокотился о стену.

— Я вас узнал, разумеется, — сказал он. — Я видел, как вы подъезжали и сказал себе: Вот она, Нола Блу. Номер один в мире с первого своего сингла.

Нола держала голову опущенной.

Мужчина продолжал:

— Не часто мне приходилось встречать знаменитую личность.

— Я не такая.

— Не знаменитая? Или не личность?

Нола посмотрела на него.

Лет двадцать с лишним. Лицо в полутени. Длинные волосы зачёсаны назад. Молодой человек с нижнего этажа, с ресепшена.

— Ни то, ни другое, — сказала она.

Мужчина сложил руки.

— Вы создание, как и я — неизвестного вида.

— Я не как вы.

— Одинокий зверь с колючкой в боку. В одинокую и кошмарную дождливую ночь это случается — укол страха, словно булавкой. Может ли человек быть таким одиноким, даже со всеми своими друзьями и любовниками вместе взятыми? Охх! И болит же, правда? Но недостаточно, чтобы заставить вас что-то предпринять. Ох, ох. Все эти годы попыток отделаться. Ох, ох, ох, и она всё ещё допекает, всё ещё пыряет и протыкает вас. И вместо того, чтобы привнести жажду в вашу жизнь, всё, что она делает — оставляет вас утомлённой от опостылевшей себя самой. Ведь так?

Нола не могла больше выносить его вида.

— Очевидно, — продолжал он. — Даже суперзвёзды мирового масштаба причастны к переживанию всеобъемлющей пустоты.

— Когда им позволено. — Её голос был тихим.

— Что позволено?

— Когда их менеджеры позволяют им подобные переживания.

— И часто эти менеджеры, как вы их называете, позволяют такие переживания?

— Где-то раз в год.

Молодой человек покачал головой.

— А вот это действительно печально. Со мной, Нола, вам можно будет чувствовать всё, что захотите, в любое время, когда пожелаете. Подходит вам такое?