Ректор прошелся по своему огромному кабинету, выбирая тот ковер, который ему уже в наибольшей степени надоел, и его пора было поменять. Он остановился перед третьим по счету — да, эта желто-черная расцветка уже начала его раздражать. Над этим ковром он и раскрыл пространственное хранилище. Три трупа выпали на ковер с высоты в полтора метра, наделав изрядно шуму. Даже его секретарша, напугавшись, ворвалась к нему в кабинет проверить, что же произошло, и, конечно же, испуганно застыла на пороге, увидев три окровавленных трупа, валявшихся на ковре перед ректором.

— Все хорошо, милочка, можете возвращаться на свое рабочее место, а ко мне пока никого не пускайте, — велел ей ректор.

Дила не сразу, но смогла выйти из оторопи, в которую впала, и на деревянных негнущихся ногах покинула его кабинет, после чего тут же прикрыла за собой дверь. Ректор досадливо нахмурил брови — как же неудачно вышло, надо было вначале запереть дверь кабинета изнутри. Секретарша у него все-таки известная сплетница… Хотя… Ему стало немножко и забавно, надо признать, — подраспустил он в последнее время свою профессуру, преподаватели к нему на прием уже как домой к себе ходят. Может, и неплохо, если по академии пойдут слухи, что он убил троих посетителей. Секретарь же не сидит все время в приемной, бегает и по его поручениям тоже, так что не сможет утверждать, что они к нему не зашли в ее отсутствие…

Раньше-то его очень сильно выручал Келерт. Все профессора с какими-то вопросами или претензиями раньше шли прямиком к Келерту, а не к нему, но пока он так и не нашел никого толкового, кого можно было бы посадить на его место. Хотел использовать для этих целей декана Барта, но тот категорически отказался от повышения. Сказал, что слишком сильно уважает Келерта и уверен, что как только минует эта война с сектантами, тот вернется на свою позицию. Так что, мол, не с руки ему, простому декану, занимать место проректора.

Хотя ректор, конечно, понимал, что у него совсем другие опасения. Он боится, что, уйдя с места декана, потом, когда Келерт вернется, потеряет место проректора — а место декана уже будет занято. И придется ему идти в обычные профессора. Тоже разумно рассуждает, в принципе. В уме его декану не откажешь.

Так что пусть секретарша сплетничает, авось к нему резко сократится поток посетителей, у которых нет на самом деле веского предлога к нему заходить. Но ладно — что-то опять он отвлекся. Хотел же убедиться, что Тезерус мертв.

Ректор подошел поближе к лежавшим трупам — один из них, который свалился лицом вниз на двоих других, смутно напомнил ему очертаниями фигуры архимага Тезеруса. Подойдя поближе, он носком своей туфли перевернул покойника лицом вверх. Да, это действительно был архимаг Тезерус, его новый преподаватель пространственной магии. Он уверенно его узнал, несмотря на то, что его лицо частично было обезображено кислотой.

Да уж, все это было серьезнее некуда… Надо признать, несмотря на первичный шок, что Эйсон действительно его очень серьезно выручил, и не в первый раз. Чего стоит хотя бы тот случай во время войны с Сисерией, когда он спас уцелевших профессоров и студентов-старшекурсников из плена.

И сейчас тоже очень сильно ему помог, получается. Нашел у него шпионов, да еще и обезвредил их. Да еще при этом каким-то образом раздобыл разоблачительное письмо от резидента разведки Нумеронга в Аргенте. И самое важное, пришел к нему, а не к королю, что позволит провинившемуся перед королем ректору придумать ту историю, которая короля не расстроит в отношении него, а обрадует. Пусть брат считает, что он очень бдителен и самостоятельно поймал этих шпионов Нумеронга.

Надо признать, повезло ему с зятем так повезло. Ректор задумчиво хмыкнул, вспомнив свои первые ощущения от влюбленности своей дочери в безродного парня из провинции. Тогда он думал, что неважно уже, за кого, главное, что ему вообще удастся ее выдать замуж. Так что он абсолютно ничего не ожидал от зятя из глухой провинции, а вон оно как все повернулось, чрезвычайно удачно для него. Зять оказался повыгоднее, чем сын какого-нибудь напыщенного герцога, который бы только чрезмерно задирал голову, а не занимался делом, как Эйсон.

Король Драск, столица Аргента

Король был заинтригован, когда его брат попросил о срочной аудиенции, — не так и часто Картан обращался с такой просьбой. Разумеется, Драск ответил немедленным согласием, отложив все остальные дела, — возможно, брату удалось что-то узнать про происки сектантов? Это тем более было актуально в свете недавнего очередного нападения, которое удалось остановить в самом начале — сугубо из-за очень чутких сигнализаций, предоставленных ему Эйсоном. Так что уже через полчаса Картан зашел к нему в тронный зал.

При таких встречах один на один — охрана не в счет, король ее уже и не замечал — Драск разрешал брату присесть в специально принесенное для этого кресло. Картан всегда признавал его старшинство и никогда не рвался к власти, в ответ на это можно было сделать ему определенные поблажки. Тем более оба они не молодели…

— Как дела в твоей академии, брат? — спросил он Картана. Надо же было с чего-то начинать разговор…

— Да, собственно, Драск, я как раз по этому поводу к тебе и пришел, — немного смущенно, как отметил король, ответил Картан, — так-то дела в целом хорошо, даже вот удалось выявить шпионаж со стороны Нумеронга…