Клон Маккинли также не собиралась вступать в ненужные разговоры. Убедившись, что я уже в полном порядке и могу продолжать сражение, она сняла щит и бросилась к Зиону, активировав свою сильнейшую технику. «Увядание» отлично сработало даже на владеющем четвёртого порядка, поэтому точно справится с полковником, который был на третьем во время нашей первой встречи. И, судя по тому, что я видел, он не стал сильнее.

Конструкты пришли в движение одновременно с клоном, обрушив на полковника паутину, яд, электрические разряды и даже дым, чтобы максимально усложнить ему жизнь.

Понятное дело, что с конструктами он разберётся очень быстро, но и небольшой заминки хватит, чтобы клон Маккинли нанесла свой удар. За это мгновение я успею восстановить доспех, крылья и активировать пару мечей. И уже готов был нанести удар Та’ар-импульсом, но Зион просто исчез. Буквально растворился в воздухе, исчезнув и с тактической сетки. Биолокация не могла его найти, как это было в случае с Ремаей и её маскировкой.

Вершитель остановилась в том месте, где мгновение назад находился полковник, и повернулась ко мне, не скрывая своего удивления. А затем из груди женщины вылез тёмный клинок, покрытый какой-то дымящейся дрянью.

На мгновение биолокация дала отклик, но тот исчез так же быстро, как и появился. Так же исчез и тёмный клинок. Женщина упала на колени, а вокруг неё появились сразу несколько защитных полей. Она ещё была жива и, скорее всего, не погибнет от этой атаки, но из боя выбыла.

— Впервые вижу технику, которая позволяет владеющему создавать личное субпространство и прятаться в нём. Теперь понятно, почему Зиона считают лучшим ликвидатором цитадели. Такой действительно способен подобраться практически к любому человеку и убить его. Но у тебя есть козырь против этого навыка. Используй инженерное умение в режиме познания и сможешь найти, где находится точка входа в схрон полковника.

Раз Гея решила заговорить со мной, то ситуация действительно критическая.

— Рад, что ты вернулась, — сказал я, уже активировав познание.

Гея оказалась права. Отметка открытого субпространства находилась недалеко от меня и довольно шустро двигалась. Как это было возможно — непонятно. Но теперь у Зиона не получится застать меня врасплох и атаковать, как клон Маккинли. Необходимо разобраться здесь как можно быстрее, чтобы прийти на помощь Вите и Соло. Вдвоём они не смогут выстоять против Кастора и Энио. И единственный, кто мог разобраться с полковником в его личном субпространстве, уже находился рядом. Боб разобрался со своим прошлым противником и явно хотел поглотить ещё кого-нибудь.

Он принял свою истинную форму в тот момент, когда Зион нанёс удар, открыв свой схрон. Вновь чёрным клинком, который на этот раз встретился с мёртвой плотью некроморфа, закрывшего меня собой. А затем Боб исчез, нырнув в гости к Зиону.

После этого полигон ощутимо тряхнуло, разом исчезли все защитные поля, и прилетела ударная волна, которая едва не сбила меня с ног и уничтожила всех конструктов. А это почти две тысячи Та’ар. Но я их быстро восстановил вместе с неплохим бонусом ещё в три тысячи, когда мои мечи пронзили броню неожиданно выскочившего на меня неизвестного владеющего, точно не принадлежавшего к гарнизону цитадели.

— Несколько кораблей Союза смогли пробить обшивку пятого кольца в районе центра обучения и успели высадить десант до того, как их уничтожили. Союз также решил убрать с доски главные фигуры. Поспеши, мы нужны Вите. Она в одиночку сражается с Кастором и Энио, — произнесла Гея, создавая для меня векторы движения, которые помогут выбраться с территории полигона, больше не вступая в схватки.

Даже не представляю, пробовал ли кто-нибудь летать на истребителе внутри орбитальной крепости, уже давно переделанной и больше напоминающей огромный город, но всё ещё космического корабля военного назначения. Если нет, то я буду первым.

И не просто летать, а ещё вести воздушный бой с владеющими, которые посыпались на территорию учебного центра буквально с потолка. Отстреливал я их по дороге к бывшему восточному учебному корпусу, от которого практически ничего не осталось.

Тряхнуло нас не только от того, что десант Союза вскрыл обшивку Окинавы, но и от уничтожения корпуса. И уничтожен он был Витой, которая сражалась с гранд-адмиралом Кастором Ван Дерсаром. Сражалась в своей человеческой ипостаси, уже начавшей переходить в виспера. Шесть рук и глаза на половину головы явно не принадлежали человеку. В каждой руке было по косе, а из-за спины выскакивали щупальца, которые пытались пробиться через защиту командующего.

Сам Кастор был облачён в легендарную броню, переходящую от одного командующего Окинавой к другому. Техника высокого порядка, которая наравне с Зевсом может считаться наследием Окинавы и её сильнейшим оружием.

Судя по тому, что я видел, техника была чем-то средним между доспехами Стального Гилдраста и Виты. Такие же массивные, мощные и невероятно прочные, как у первого, и невероятно утончённые, как у Виты. Словно эти доспехи вышли из-под рук какого-то модельера и созданы были совершенно не для сражений.