— Он блефует. Фрегат не способен летать и даже уничтожить хоть одного владеющего пятого порядка. Хотя вооружение всё рабочее, а вот с ходовой частью у него огромные проблемы, и здесь не сможет помочь ни один техник или инженер. Только сам создатель фрегата. Вот только гранд-адмирал уже давно почил, и разобраться с починкой его лучшей техники сможет разве что творец минимум четвёртого, а то и пятого порядка, — сказала Гея, продолжая сканировать корабль.

В массе чёрного начали появляться красные и жёлтые маркеры. Совсем немного. Я насчитал восемь штук, среди которых всего один красный. Скорее всего, это сам Хан Соло. Интерфейс посчитал, что только он может представлять для нас угрозу, а остальные маркеры принадлежали его ассистентам или ученикам — не знаю. Но они явно не собирались выходить из фрегата и встречать нас с распростёртыми объятиями.

Да, про вооружение инженер не соврал. Пушки Зевса смотрели на нас, с уже начавшими заражаться где-то глубоко энергетическими импульсами, усиленными та’ар-частицами.

В то же время я видел, как к фрегату стекается сразу несколько белёсых луж, и ощущал нарастающую ментальную силу Виты. Она накапливала мощь, чтобы вложить её всю в один удар. Только я уверен, что это не поможет. Слишком хорошо были защищены бойцы, что встретили нас в шлюзе перед шестым кольцом. А защита главного инженера должна быть в разы лучше. Но и просто стоять под прицелом Зевса также было глупо. Необходимо действовать, дать Бобу время подобраться к кораблю и попасть внутрь.

— Ты врёшь. Этот корабль стоит здесь с того момента, как погиб гранд-адмирал Ван Дерсар. Да, его вооружение в полном порядке и действительно способно испепелить нас, вот только выбраться куда-нибудь за пределы этой мастерской он не способен. Уверен, что и мастерскую здесь построили специально из-за фрегата. А то, что тебе удалось получить доступ к его оружейным системам, ещё ничего не значит. Здесь он будет лёгкой добычей для любого мало-мальски сильного корабля. Уверен, что командующий и адмирал Энио прекрасно об этом знают. Поэтому и отправили разбираться с мятежными советниками меня и королеву — лучших своих небесных воинов, которые гарантированно смогут избежать залпа Зевса и приблизиться к нему достаточно для того, чтобы фрегат стал для нас неопасен.

Пока я говорил, пушки медленно двигались, наводясь то на меня, то на Виту, то на Боба с парнями. А ещё здесь же была Ремая, которая находилась под маскировкой и двинулась к самому кораблю. По крайней мере, именно в том направлении я в последний раз ощущал её биолокацией.

— Я никогда не вру, — явно оскорбился моими словами Соло. — Зевс готов совершить невозможное. Он в одиночку способен совладать с флотом заражённых, что находится в соседней системе. Именно поэтому Сканнинг боится нападать на нас сам, а не из-за армады, перехватить которую совсем не сложно. Даже прислал вместо себя этих шавок, предоставив им корабли. Или ты думаешь, что столько техники было у фракций Вериго? Или у Таймлина? У них просто нет технологий и оборудования, которое позволит строить такие корабли. Я уже закончил последнюю модернизацию Зевса, и теперь птичка готова выпорхнуть из гнезда.

— А если я скажу тебе, что могу помочь с тем, чтобы поднять Зевса в космос? Действительно восстановить его? Ты же слышал от Кастора, что я — творец?

Подобного поворота главный инженер явно не ожидал. Впрочем, и мои ребята тоже. За спиной послышался едва различимый шёпот. Арт пытался выяснить, что я сейчас такого сказал и какой ещё к баргу творец?

Вита не спешила, дав мне возможность разобраться самому, а копии Боба сейчас поднимались по обшивке фрегата к шлюзовой двери, которая была закрыта. К двери вела приставная металлическая лестница, на которой уже стояла Ремая. Я смог заметить её по небольшому искажению, возникшему на броне фрегата в районе двери. Подобный эффект могла дать только маскировка бывшей проводницы. Необходимо ещё немного потянуть время, чтобы Ремая нашла способ, как открыть дверь. Там до неё гарантированно не достанет ни одна пушка. Сейчас бывшая проводница находилась в слепой зоне оружейных систем корабля.

— И что ты скажешь на то, что я также в какой-то мере инженер? У меня есть навык создания малых субпространственных массивов. А ещё я могу создавать вот таких красавцев.

Не стал мелочиться и призвал практически всех конструктов, которые были у меня в библиотеке. Исключением стали лишь заражённые первого и второго порядка. Хотя и на их создание у меня сейчас вполне хватало энергии.

— Что бы ты ни говорил, но разобраться в технике владеющего пятого порядка, творца, который создал этот корабль, сможет только другой творец, обладающий инженерными знаниями и навыками. Хан Соло, ты же не творец и никогда не сможешь даже приблизиться к моему пониманию техник. К тому же совсем скоро ты потеряешь контроль над всеми системами корабля.

Я видел несколько вспышек та’ар на броне корабля рядом с главным входом. Видел, как белёсая жидкость поднимается по обшивке и исчезает в районе двери, словно впитываясь в неё. Чувствовал, что Вите всё сложнее и сложнее себя сдерживать, и она уже готова принять свою истинную форму и посмотреть, кто окажется сильнее: юная королева висперов или оружие древнего корабля, утратившего основную часть своей мощи после смерти владеющего, создавшего этот корабль.

Проверять это мне совершенно не хотелось. В этом случае я рискую потерять очень ценного союзника или корабль, который может оказаться невероятно полезным в столкновении с Ульфом Сканнингом. Отчего-то это сейчас мне казалось вполне возможным. Когда заражённый узнает о том, что власть на Окинаве сменилась, он обязательно попробует подмять цитадель под себя и избавиться от этого раздражителя.

— Хан Соло, я предлагаю тебе заключить сделку. Сдайся без боя, и тогда я гарантирую, что ты увидишь, как Кастор и Энио падут. А потом я помогу тебе восстановить Зевса. Не просто починить его, а воссоздать технику адмирала Ван Дерсара. На раздумья у тебя очень мало времени.

Как раз после моих слов дверь шлюза отъехала в сторону, впуская внутрь Ремаю, а копии Боба, после того как впустили её, устремились на поиски главного инженера и его людей. Я же подошёл к Вите и приобнял её за плечи, дрожащие от предвкушения сражения с сильным противником.