– Оуэн, - прошептал он. Он повернулся, чтобы обнять меня. Он перекатился на меня и уткнулся лицом в мою шею. Он дрожал, и его щеки были влажными.
– Я все еще беспокоюсь, что это плохая идея.

– Мы оба отсидели свой срок в клетке. Я думаю, нам пора вырваться на свободу.

– Я хочу, чтобы ты был в безопасности.

– К черту безопасность. Я предпочту безопасности счастье в любой день недели.
– Я поцеловал его в щеку.
– Ты делаешь меня счастливым.

Он засмеялся грустным, сдавленным смехом.

– Ты тоже делаешь меня счастливым.

– Ты сейчас ведешь себя не очень счастливо.

– Это потому, что я чувствую, что не должен. Думаю, я должен чувствовать себя виноватым.

– Но ты этого не чувствуешь. Это хороший знак.

– Ммм, - вздохнул он, уткнувшись носом мне в шею.
– Это тяжело, когда я не могу перестать думать о том, как хорошо это было.

– Думаю, к тому времени, когда я проделаю это с тобой еще два или три раза, мы избавимся от чувства вины.

– Я просто не уверен, что это правильно. Не после того, что я сделал.

– Ты слишком долго мучился чувством вины. Да, ты совершил ошибку. Но это не значит, что ты должен наказывать себя всю оставшуюся жизнь. Ты заслуживаешь того, чтобы тебя любили. И быть счастливым.
– Я поцеловал его в лоб.
– Мы оба заслуживаем.

Он не был готов прекратить борьбу, еще не совсем, но я знал, что мы близки к этому. Я почувствовал это по тому, как он расслабился, прижавшись ко мне. По тому, как напряжение покинуло его плечи. По тому, как печаль начала уходить из его голоса.

– А что, если ты заболеешь?

Я чуть не рассмеялся. Почти.

– Что, если завтра я поскользнусь в ванне и сломаю себе шею? Что, если я выйду за дверь и попаду под автобус? Что, если в меня ударит молния?

– Ничего из этого не произойдет.

– Ты это точно знаешь?

Он помолчал, но, в конце концов, сказал:

– Полагаю, что нет.

– Может произойти много чего, и большинство из этого полностью находится вне нашего контроля. Я всю жизнь чувствовал себя жертвой, но это не так. И тебе пора сделать то же самое. Перестань позволять себе быть жертвой вируса.

– Это действительно так просто?

– Я думаю, что да. В отличие от моей руки и твоей болезни, это выбор, Ник. Это шанс на счастье. Шанс на радость. И я не упущу его. Я не вернусь в свою клетку. Никогда. Я лучше рискну всем, чем снова буду так жить.

Он положил голову мне на грудь, и я почувствовал, как по его телу пробежала дрожь. Когда он заговорил, его голос был едва громче шепота.

– Я тоже устал от клетки.

– Тогда забудь о ней.
– Я схватил его за волосы и потянул, заставляя повернуться ко мне лицом. Его глаза были сухими, но все еще красными. Я коснулся его губ своими.
– Это наше решение, Ник, и я выбираю его. Я выбираю тебя.

Он улыбнулся медленной, дразнящей улыбкой, которая наполнила меня счастьем.

– Значит, я тоже должен выбрать тебя.

Я рассмеялся от радости, от того, что наконец-то снова увидел настоящего Ника и понял, что борьба окончена. Я вздохнул с облегчением.

– Черт возьми, как раз вовремя.

– Прости, что был таким ослом.

– Мы оба были ослами. Снова. Давай просто скажем, что мы оба снова прощены.

Он рассмеялся.

– По-моему, звучит неплохо.
– Но так же быстро он посерьезнел.
– Знаешь, ты был прав. Думаю, я пытался наказать себя.

– Из-за того, что заболел?

– Да. И нет. Больше всего это повлияло на мою семью. Через несколько месяцев после переезда в Такер Спрингс я, наконец, не выдержал и посмотрел на фотографии Джун из той поездки в Канкун, и я не мог поверить, насколько сильно изменилась моя мама. Прошло всего шестнадцать месяцев, но за это время она как будто постарела на десять лет. И все это из-за меня.

– Но ты, правда, думаешь, что она хотела бы, чтобы ты расплачивался за это тем, что будешь несчастен всю оставшуюся жизнь?

Он рассмеялся.

– Нет. На самом деле, после того, как она встретила тебя, она сказала мне, что рада, что я нашел того, кого люблю.
– Он крепче обнял меня.
– Я действительно люблю тебя, больше, чем ты можешь себе представить.

– Тогда перестань отстраняться. Перестань говорить мне, что мы не можем быть вместе.

Он усмехнулся и поцеловал меня в шею. В подбородок. В щеку.

– Оттолкнуть тебя все равно не получалось. Несмотря на все мои благородные намерения, у меня совсем нет силы воли, когда дело касается тебя.