– Перестань играть в гребаную Швейцарию и выбери сторону.
– Я тыкаю в него пальцем.

– Сейчас я в команде Люка.
– Он жестом показывает на себя, а затем переводит взгляд на меня и Кинга.
– Можете драться, пока не останется только один из вас, мне все равно.

– Выяснили что-нибудь о Кэтрин? Чего она боится?
– спрашивает Кинг, быстро меняя тему.

– Ни черта, - ворчу я, беру картошку и подношу ее ко рту.

– Что-то должно было ее напугать. И до сих пор пугает. Она постоянно оглядывается через плечо, буквально, - говорит Люк.

– Я знаю. Но что я могу с этим поделать, если она мне не говорит? Я же не могу заставить Винни вытянуть из нее информацию. Она все-таки мать моего ребенка, с ней нельзя использовать его методы.

– А что насчет ее подруги? Лилианы?

– Она слишком предана, и не стоит злить ее, если не хочешь, чтобы вся семья Валентино пришла за тобой. Поверьте мне, никто не захочет попасть им в прицел, - стону я.

– Ты попросил отца помочь?
– спрашивает Люк.

– Нет.

– Может, стоит.
– Он пожимает плечами.

– Винни пытается что-то выяснить. Он практически папа 2.0, - говорю я.

– Но он не твой отец. Я имею в виду, что у твоего отца и дяди гораздо больше возможностей.

– Да, мне стоит попросить его. Если он еще сам не сделал этого, - говорю я Люку.

Немного странно, что мой отец ничего не сказал о возвращении Кэтрин. Он в восторге от того, что стал дедушкой и что Грейси теперь рядом. Он заботится о ней так же, как о моей сестре, когда она была маленькой. И до сих пор любит Алию. Но он ни словом не обмолвился о Кэтрин. И мне становится любопытно, почему.

– Подожди, - говорю я, встаю и беру телефон. Я набираю номер отца и жду, пока он ответит.

– Грейсон, - говорит он.

– Папа, что ты знаешь об исчезновении Кэтрин?
– спрашиваю я. На другом конце линии на целую минуту воцаряется тишина. Я отвожу телефон от уха, чтобы проверить, что звонок не прервался.
– Папа?

– Ничего, Грей. Почему я должен что-то об этом знать?

– Без понятия. Просто странно, что ты ничего не сказал о ее возвращении… вот и все.

– Эта девушка разбила тебе сердце, Грейсон. Я не собираюсь устраивать ей долбаную вечеринку по случаю возвращения в ближайшее время. А еще она украла часть нашей семьи. Так что прости меня за то, что я оставил ее возвращение без внимания, - рычит он.

– Как ты думаешь, почему она ушла?
– Я пытаюсь снова.

– Не знаю. Может, тебе стоит спросить у нее, - говорит он.

– Я уже спрашивал.

– И?

– И она сказала что-то о том, что не хочет, чтобы у меня были неприятности, какую-то такую хрень, - говорю я ему.

– А при чем тут ты?
– задает он тот же вопрос, который не дает мне покоя.

– Понятия не имею.

– Ладно. Я попробую выяснить в чем дело, - говорит он.

– Спасибо, папа.

– Грейсон, тебе лучше взять себя в руки к следующей игре. Я хочу этот гребаный Кубок.

– Мы оба хотим, - ворчу я, завершая звонок и бросая телефон обратно на кровать.

Глава двадцатая

– Папа сегодня возвращается домой!
– Грейси практически подпрыгивает от восторга. А я? Не особо.

Я пыталась найти способ сбежать, пока он отсутствовал. Но мне не повезло. Куда бы я ни сунулась, с меня не спускали глаз головорезы его отца.

– Да, так и есть. Держу пари, он тоже будет рад тебя видеть, - говорю я ей.

– Думаешь, он скучает по нам?
– спрашивает Грейси.

– Я уверена, что он скучает по тебе, детка. Давай, собирайся в школу.

– Я не хочу идти. Разве я не могу остаться дома и подождать папу?
– Она пытается использовать взгляд щенка, который так хорошо действуют на ее отца. Разница в том, что за эти годы у меня выработался иммунитет к нему.

– Нет, ты не можешь пропускать школу. Я уверена, что к окончанию занятий он будет ждать тебя здесь, - говорю я ей.

Высадив Грейси, я возвращаюсь в дом Грея. Я чувствую себя такой потерянной, когда ее нет рядом со мной. Когда я жила у мамы, мне было чем заняться. Уборка, готовка, мелочи по дому. Я даже начала разбирать мамины вещи, понимая, что ее конец близок. Я была занята. До этого я постоянно работала на двух или трех работах одновременно. Пыталась свести концы с концами. Старалась изо всех сил, чтобы оплатить счета и сохранить крышу над головой.

А здесь? Я не знаю, что здесь делать. У Грейсона есть люди, которые все делают для него. Для нас. И я чувствую себя бесполезной.