— Не получится, Гром! — Ваня состроил страдальческую гримасу. — У них связи! Пойду в милицию и тогда бате точно конец.

Он задышал часто, как загнанный зверь. Где-то наверху хлопнула дверь, зазвучали женские голоса.

— Кого обносить-то хоть надо? — спросил я, понизив голос.

Ваня замер и виновато посмотрел на меня.

— Тебя, Гром, — со вздохом произнёс он и снова плюхнулся на ступеньки.

Слова повисли в воздухе, где-то наверху снова хлопнула дверь и по подъезду прокатилось гулкое эхо.

— Любопытно, — проговорил я, — с чего бы им грабить меня? У меня брать нечего, обычная советская семья.

— Да мне почём знать, Гром? Сам не пойму. Я им тоже самое сказал, а они ответили, что есть, что взять и вообще, это не моё дело.

Теперь мне стало понятно странное поведение Вани. Будь на моём месте кто-то другой и, возможно, Ваня бы уже сейчас обносил чью-то квартиру вместе с этими «нормальными мужиками», а так…

— И что ты им сказал? — Мне и в самом деле стало любопытно. Выбор-то без выбора по сути.

— В жопу послал, конечно же! — Ваня от возмущения аж отшатнулся, ударившись о перила. — Но они сказали, чтобы я не спешил и подумал хорошенько.

Сверху снова хлопнула чья-то дверь, а следом прозвучал чей-то смех.

— И что ты думаешь делать? — я шагнул к Ване и сел рядом с ним на ступеньки, уперевшись локтями о колени.

— Не знаю… — схватился за голову Ваня. — Может, сбежать? Может, тогда батю не тронут?

— Не вариант, — покачал я головой. — Убьют и тебя, и отца. А, возможно, и Наташке достанется, — я посмотрел на Ваню, который после моих слов посерел лицом ещё больше. Видимо, о таком варианте он даже и не подумал.

Ваня смотрел на меня, как двоечник на контрольной, ждущий подсказки. Да меня, по правде говоря, и просить не надо было. Решение я уже принял.

— Встреча с ними когда? — спросил я, прокручивая в голове план действий.

— Завтра в шесть.

Я кивнул, машинально проверяя часы. Стрелки показывали без двадцати девять.

— Иди домой. Когда встретишься с ними, скажи, что согласен.

— Ты что… — Ваня вытаращил на меня глаза.

— Не ссы, — я хлопнул его по плечу и улыбнулся. — Разберёмся.

Ваня посмотрел на меня долгим немигающим взглядом, а потом кивнул.

— Спасибо, Гром, — сказал он и поднялся на ноги. — Я расскажу тебе, о чём мы договорились, после встречи с ними.

— Давай. Завтра мы с группой собираемся в парке Горького вечером. Подходи туда. Мы там с семи будем. —

— Принял, — сказал Ваня и пошёл к лестнице.

Проводив его взглядом, я поднялся на ноги и пошёл домой, обдумывая услышанное. Возле квартиры я притормозил, прислушиваясь. За дверью слышался смех родителей, звяканье ёлочных игрушек и тихие звуки музыки. Если я хочу реализовать задуманное, нужно будет что-то с родителями решать. Я зашёл в квартиру и отправился спать. Завтра меня ждал очередной насыщенный день.

Утренний мороз щипал щёки, как рассерженная тёща. Я завершал пробежку по знакомому маршруту: от школьного стадиона к дому. Ноги сами несли меня по утоптанным тропинкам мимо дворников, которые копошились у подъездов с деревянными лопатами.

Отыскав взглядом телефонную будку, я свернул к ней. Выудил из кармана монетку, вставил её в монетоприемник, набрал «07» и стал дождаться щелчка коммутатора. Трубку сняли после второго гудка.

— Дежурная часть. У телефона, — произнесла трубка приятным женским голосом.

— Соедините с капитаном Ершовым из Третьего управления. Кодовое слово — «Гром», — чётко произнёс я в микрофон, приглушая звук ладонью и вспоминая кодовое слово, данное мне Серым тогда в кабинете у генерал-полковника.

Щелчки коммутатора, приглушённое дыхание оператора.

— Соединяю, — коротко ответила операторша.

Три протяжных гудка и трубка снова заговорила:

— Ершов у телефона, — послышался знакомый бесцветный голос.

— Александр Арнольдович, это Громов. Нужно встретиться. Сегодня.

Пауза. Где-то на фоне звякнула металлическая заслонка сейфа.

— Тема? — капитан щёлкнул зажигалкой.

— При встрече.

Послышался скрип нагруженной пружины. Видимо, капитан откинулся в кресле. Секундная тишина, прерываемая шипением телефонной линии.

— Двенадцать дня. На КПП назовёшь мою фамилию, — в трубке послышался звук выдыхаемого дыма. — И паспорт не забудь, Громов.

— Принял. Буду, — сказал я.

Трубку Ершов положил первым. Я вышел из телефонной будки, поправил воротник куртки и побежал домой.