Шрифт:
И добавил уже громче.
— И никто, слышите, никто не вправе их осудить!!! — оглядывая враз притихшую толпу произнёс я. — Гораздо лучше, если Часовой сам сознательно признает, что не справляется и уйдёт на гражданскую службу, чем я в очередной раз буду писать похоронку родителям, — и уже совсем тихо, угрожающе добавил. — Это всем ясно?!
Ответом мне стал хор нестройных «Да!», чего было более чем достаточно.
— Вот и славно. Приступить к выполнению задания! Разойдись…
Глава 21
— Никого? — перелистывая страницы блокнота, спросил я.
— Никого! — терпеливо, хоть это давалось ему и с трудом, ответил Каннибал.
Но оно и неудивительно, ведь за последние полчаса я этот вопрос задал дюжину раз. И ответ всегда был одинаков.
Будто не веря словам, я взглянул на центр базы Часовых. И действительно! Возле сделанного из ржавого ведра колокола, который кое-как соорудил студент с временным прозвищем «Понт», не было ни одного желающего вернуться обратно.
— Хорошо, — кивнул я своим мыслям.
Откровенно говоря, я ожидал, что после марш-броска по джунглям хотя бы несколько человек поймут, что служба в корпусе Часовых — не для них и попросятся обратно. Однако несмотря на сравнительно небольшой путь, который студенты преодолели без потерь личного состава, они не избежали травм.
Некоторые были ужалены растениями и насекомыми, другие растянули связки, неудачно подвернув ногу. Но не было ни одного случая, который потребовал бы экстренной эвакуации.
Йотун, Артемида и Каннибал оказались прекрасными няньками, хоть по моей указке и не вмешивались лично, давая студентам проявить себя.
Проявивших, кстати, оказалось достаточно, и сейчас я перелистывал список отличившихся, сидя в кресле-качалке Йотуна. Впрочем, уже давно собравшийся с супругой в незапланированный отпуск великан был не против и о чём-то с ней мурлыкал.
Ну а я, поджав ноги, устроился в великом кресле-качалке и вместе с Йотуном и Артемидой ждал заветные 22:00 по московскому времени. Семейная пара Часовых ждала окончания последнего рабочего дня перед отпуском, ну а я — доклада не в меру инициативного студента, которому посчастливилось получить первое личное задание.
— Кажется, идёт, — хмыкнул вдруг Каннибал, чем заставил меня отвлечься от блокнота.
Подняв голову, я действительно увидел перед собой парня.
Посмотрев на него, я кивнул на ржавое ведро, которое за неимением лучшего варианта парень приспособил под колокол и заботливо прикрутил на где-то найденную проволоку.
— Колокол — видел, а вот отказников кроме тебя — нет.
— Так нет отказников! — развёл руками парень.
Было видно насколько он нервничает. Каннибал же, словно мавр-охранник, безмолвной статуей пристроился у меня за спиной и улыбался. Было видно как Серёге интересно что будет дальше.
И мне, кстати, тоже.
— И все студенты уже оборудовали место для ночлега?
Понт кивнул.
— Удивительно! — искренне поразился я.
Ну не бывает такого! Не бывает!
Ведь как, по сути, формируются такие элитные, вроде Часовых, отряды? В основной своей массе студенты таких заведений являются родственниками влиятельных людей. Их лишь изредка разбавляют действительно талантливыми ребятами.
Чёрт, да даже Д’Артаньян попал в мушкетёры исключительно благодаря папеньке! Я искренне считал, что сегодня всё повторится, какой-нибудь избалованный, вроде Лизы, плюнет на всё и попросится домой.
Но нет! Рядовой Понт хоть и волновался, однако явно не врал.
Забавное наблюдение: среди обитателей Земли 1 вообще было мало людей, имеющих врать.
— Как обустроились? — я вновь от мусор в блокнот, чтобы парень понял, что его слова записываются.
— Да как… — всплеснул руками Понт. — многие недовольны.
Я удивлённо поднял бровь.
— Говорят что когда они шли в часовые то думали что…
— Что будут жить в пятизвездочных отелях и каждый вторник спасать мир?
Понт кивнул.
— Многие шли быть героями, а не кормить комаров и чесаться на подушках из нуль-трансформированной коры и мха…
— И тем не менее никто не захотел обратно? — всё-таки подвёл я основную мысль, ведь Понт пришёл один.
— Всё так, — кивнул парень.
— Молодец, — похвалил я парня за проделанную работу. — Свободен. Объяви остальным, что завтра построение назначено на 6:00 утра. А кто всё же решится покинуть нас — пусть не стесняется позвонить в колокол. За это не будет никаких санкций и уж тем более осуждения. Пусть лучше соскочит сейчас, чем подведет в ответственный момент.