— Убедил, — вахтер открыл турникет и спрятал свой ПМ обратно в кобуру, — вам куда надо-то, товарищ Генеральный?

— В студию программы Время, — ответил тот.

— Это вон в тот лифт и на третий этаж, там сразу увидите, — показал направление движения Спиридон. — Не серчайте сильно, служба такая…

Романов и его помощник проследовали бодрым маршем по направлению к лифту, тот стоял на первом этаже и ждал пассажиров.

— А что мы будем делать в студии программы Время? — справился Миша.

— Выступать с программной речью, — тут же ответил ему генсек, — а ты что подумал?

— Так ночь же на дворе, все спят… — осторожно сделал поправку помощник.

— Ничего, надеюсь, что спят не все… а остальные утром посмотрят — когда там у нас первые новости выходят, в восемь, кажется?

— Ага, в восемь утра.

— Тогда повтор сделаем… а если что-то экстра-неожиданное ночью случится, то и новое выступление можно будет записать.

На третьем этаже по выходе из лифта двое ночных визитера попали в длиннейший коридор без окон, слабо освещенный дежурными лампочками дневного света. Оглянувшись по сторонам, они двинулись в левую сторону, и буквально через пару десятков метров наткнулись на дверь с табличкой «Информационная программа Время».

— Нам сюда, — толкнул дверь внутрь Романов, — правильно?

Миша ничего не стал отвечать на этот риторический вопрос, и они оба оказались внутри огромного зала, уставленного телекамерами и прожекторами, а в дальнем левом углу обозначилась известная всей стране заставка с названием программы… никого, на первый взгляд, в этом огромном помещении не было…

Но это только на первый взгляд, а так-то сразу после входа нежданных гостей в студию слева в углу послышалось какое-то шевеление, и оттуда возникло ночное привидение — девчушка с заспанными глазами и немым укором во взоре.

— Вы кто такие? — спросило привидение.

— Я Генеральный секретарь ЦК КПСС, а это мой помощник, — объяснил Романов привидению диспозицию, — телевизор сморишь, наверно — сможешь меня идентифицировать?

И он повернулся в профиль, а потом обратно анфас.

— Ой, Григорий Васильевич, — расцвела в улыбке девчушка, — а что это вы тут делаете в такой поздний час?

— Хочу выйти в эфир с экстренным сообщением, а ты что подумала?

— Так ведь все операторы по домам сидят… да и санкцию начальника получить бы неплохо, — отвечала девушка, — меня, кстати, Ксюшей зовут.

— Отлично, — отозвался Романов, — откуда тут можно позвонить Лапину, подскажи…

Через тридцать секунд генсек уже набирал номер руководителя Гостелерадио, заботливо предоставленный Ксенией. Лапин взял трубку на четвертом гудке.

— Слушаю, — проскрипел он с заметным усилием.

— Сергей Георгиевич, — ответил ему генсек, — это Романов беспокоит…

— Я весь внимание, Григорий Васильевич, — мигом проснулся тот.

— Вы в курсе, что у нас в стране происходит?

— Если честно, то не очень, — признался он, — выпил снотворное и лег спать в восемь вечера.

— Так вот, — наставительно заметил Романов, — у нас в стране военный переворот происходит… я с большим трудом выбрался из Кремля, он со всех сторон окружен танками, и теперь нахожусь в здании Гостелерадио на Королева.

— Я немедленно выезжаю к вам, Григорий Васильевич, — тут же вылетело из Лапина, — самое позднее через полчаса буду на месте.

— А перед отъездом дайте команду работникам, которые задействованы в программе Время — пусть они подготовят мой выход в эфир.

— Слушаюсь, товарищ Романов, — чеканным голосом отвечал Лапин, — будет исполнено, товарищ Романов.

— Ну вот, — обернулся Романов к Ксюше, — вопрос с твоим руководством мы, кажется, утрясли… а не расскажешь, пока суть да дело, как тут производство организовано?

— Конечно, — Ксюша окончательно проснулась, сверкнула глазами в сторону помощника Миши и начала рассказывать, — появилась это программа, если мне не изменяет память, в 68 году… а до этого просто Новости были, и не в 9 вечера они начинались, а в половине девятого. Сначала выходила с Шаболовки, а когда вот этот комплекс построили, к Олимпиаде-80, она сюда переехала. Это основная информационная программа СССР, имеет корпункты в 40 странах мира, ведут ее такие известные товарищи, как Игорь Кириллов, Анна Шатилова, Татьяна Судец и Евгений Кочергин. Если интересен сам процесс съемок, то вот там (она показала на стол в дальнем углу студии) сидят дикторы, а вот здесь (она очертила что-то вроде магического круга) располагаются телекамеры. Запись вечерней программы происходит в 12 часов по Москве, ее транслируют на Камчатку и Сахалин, если никаких существенных событий не происходит, то потом то же повторяют для Иркутска, Алма-Аты и Свердловска. Ну а если что-то новое произошло, происходит перезапись программы для Европейской части страны.

— Понятно… — ответил Романов, — ну а ты-то какое место занимаешь во всем этом?

— Ночной дежурный, — ответила она, — точнее ночная дежурная. Отвечаю за пожарную безопасность и за прочие непредвиденные ситуации. Вот сегодня такая ситуация, похоже, и случилась… первый раз на моей памяти.

Но тут в коридоре раздался дробный топот сапог и ботинок и в студию ворвалась целая команда работников Гостелерадио. Впереди был тяжело дышащий мужчина в майке и джинсах.

— Добрый вечер, Григорий Васильевич, — с порога объявил он.