– Кто-то из вас должен взять Сабину под контроль, - потребовала она.

– Ну вот, началось, - пробормотал я.

Она бросила на меня яростный взгляд.

– Она только что обезглавила одного из наших новых охранников. Ты не представляешь, как трудно найти хороших сотрудников в наши дни.

Отец вздохнул, бросив на меня страдальческий взгляд.

– Я пойду.

– Спасибо, - поблагодарила Аурелия, когда он отправился успокаивать Сабину. По-моему, этот человек был святым.

Но Аурелия повернулась ко мне, когда он скрылся из виду.

– Он справится с ней в одиночку?

– Мой отец справится с Сабиной, - сказал я резче, чем намеревался, поскольку боролся с магнетической энергией, которую она излучала. Казалось, только я ее чувствовал. Может быть, потому, что она была первым человеком за сотни лет, который процитировал мне случайный древний текст. Это была моя область компетенции. Мало кто из современных вампиров утруждал себя изучением древних текстов. Но, разглядывая ее тело, я понимал, что дело не только в этом.

Ее серый взгляд изучал меня с любопытством, которое отражало мое собственное, и когда наши взгляды встретились, ее глаза расширились, как будто она чувствовала ту же настойчивую тягу.

Она приоткрыла рот, ее дыхание слегка сбилось, словно она забыла, что собиралась сказать. Я сосредоточился на этих губах, гадая, что она сделает, если я поцелую ее. Потом понял, что это не имеет значения. Я не мог остановиться.

Я успел сделать шаг, прежде чем любопытство переросло в презрение.

– Ты всегда позволяешь кому-то другому делать грязную работу?

С таким же успехом она могла бы ударить меня по лицу. Я остановился, нахмурившись.

– Позволь мне внести ясность, принцесса, - сказал я с рычанием, - я никогда не боялся испачкать руки.

Она закатила глаза, но ее щеки слегка покраснели. Я начал выводить ее из себя. Хорошо.

– Может, мне стоит показать тебе, насколько…

– Хватит, - оборвала она меня.

Она щелкнула пальцами, и ледяное онемение сковало мое горло. Я открыл рот, чтобы заговорить, и обнаружил, что не могу. Что это за магия, черт возьми?

Улыбнувшись, Аурелия повернулась и оставила меня там - совершенно, буквально, потерявшего дар речи.

ГЛАВА 5

Джулиан

Тея вскочила, поспешно натягивая простыню на свое обнаженное тело. Простыня облепила ее изгибы, тело все еще было липким от пота после наших занятий любовью. Я спрыгнул с кровати и оглянулся на нее через плечо.

– Подожди здесь.

Это была скорее просьба, чем приказ. Я прекрасно понимал, что моя пара может делать все, что захочет, и, когда ее глаза сузились, я устало добавил:

– Пожалуйста.

Может, манеры могли бы ее остановить, но я в этом сомневался.

Я не стал хватать свою испорченную одежду. Я точно знал, кто кричит за моей дверью, и, если мама была взбешена, она могла сорвать ее с петель в ближайшие десять секунд. Здесь должны были действовать защитные чары - старые заклинания и заговоры, - охраняющие покои, вероятно, усиленные пробуждением магии. Моя собственная магия пульсировала в моих руках, требуя выхода.

Но если это так, то и магия Сабины была сильнее. А моя мама была старым вампиром. Древним. Не то чтобы я осмелился когда-нибудь сказать ей об этом. Это был верный способ оказаться припертым к стене и вынужденным просить прощения.

Но это было раньше. Теперь все изменилось. Я стал другим. Моя пара стала другой. Так много изменений произошло одновременно, но я знал, что после этой ночи ничто не будет прежним, особенно моя семья.

Кулак моей матери сотряс петли двери с силой тарана. Через секунду я распахнул ее и едва избежал следующего удара в грудь.

Ее рука замерла в воздухе, губы скривились, когда она увидела своего обнаженного сына, стоящего перед ней.

– Я застала тебя в неподходящий момент?

Она была в том же платье, но теперь оно было залито кровью. Каждая прядь ее волос выбилась из тщательной аккуратной прически, с которой она начала вечер. Засохшая кровь запеклась на ее руках и лице. В воздухе стоял густой медный запах, почти сладкий и определенно нечеловеческий. Если она устроила во дворе кровавую бойню, придется наводить порядок. Но если она пришла сюда с намерением навредить своей новой королеве, я добавлю ее имя в список тел, которые нужно похоронить.

– Мы как раз занимались внуками, так что ты мне скажи.
– Я прислонился к дверному косяку. Я знал, что лучше не провоцировать ее, но ничего не мог с собой поделать. Не потому, что мне особенно нравилось свойственное ей убийственное материнство, а потому, что мне нужно было ее измотать.

Я всегда подозревал, что моя мать скрывала те силы, которыми она обладала до того, как проклятие остановило истинную магию. Если они пробудились, то это было последнее, с чем я хотел иметь дело сегодня. Я чувствовал себя сильным. Возможно, сильнее, чем за всю свою жизнь, но Тея истощила свою магию, воскресив меня, и благодаря нашей новой связи я чувствовал, что она все еще слаба.