— Он держал его в подвале моей собственности, Касс. — Слова были произнесены так тихо, что он, возможно, даже не услышал меня. — Он был прямо у меня под носом в течение двадцати семи часов. А теперь убирайся с моей дороги, чтобы я разобралась, как, черт возьми, я никогда не знала об этих подземных туннелях. — Его темные брови низко опустились.

— Ты не поедешь в больницу, чтобы убедиться, что он жив? — Я нахмурилась.

— Он жив.

Да, упрямое отрицание было одним из моих любимых механизмов выживания. Ну и что?

Кас только что сделал еще один долгий выдох, качая головой.

— Иногда, Рыжая, я не знаю, ты или самая упрямая и твердолобая женщина, которую я когда-либо встречал, или… — Мой гнев вспыхнул, и я вздернула подбородок.

— Или, черт возьми, что, Касс? — Однако он непоколебимо встретил мой взгляд.

— Или самая невероятная, — пробормотал он грубым и низким голосом. — Или и то, и другое.

Это было так далеко от того, что я ожидала от него, что была застигнута врасплох, когда он прижал руку к пояснице, чтобы притянуть меня к себе. Затем он поцеловал меня, и я была достаточно потрясена, чтобы позволить этому случиться.

Но спустя секунду ко мне вернулся разум, и я оттолкнулась от его странно интимной хватки.

— Ты, черт возьми, издеваешься надо мной прямо сейчас? — спросила я с горьким смехом.

Он, черт возьми, знал, что вышел за рамки, и его разочарование сжало челюсть. Или, если бы у него была хотя бы половина мозга, он бы знал.

— Я уже извинился, — выдавил он сквозь стиснутые зубы. — Когда ты собираешься впустить меня? Я ненавижу мысль о том, что ты столкнешься с этой угрозой в одиночку, Рыжая. Каждый раз…

— Я не одна, — оборвала я его. — У меня есть Зед. Как и всегда. И у тебя был шанс, Кассиэль. Черт, у тебя было больше одного шанса, и ты их все упустил. У меня нет ни времени, ни терпения, чтобы твой член манипулировал тобой прямо сейчас.

Я не стала ждать его ответа. Я была не в том настроении, чтобы он изменил свое мнение, и сейчас, черт возьми, было неподходящее время, чтобы снова разжечь то микропламя, от которого мы горели всего три секунды. Лукас был в больнице (надеюсь), а Чейз был потенциально жив и охотился за мной. Публичный секс с мужчиной, которого я часто хотела задушить, не был в списке моих приоритетов.

Ему потребовалось всего несколько секунд, чтобы последовать за мной вниз по лестнице, закрыть за собой люк и повернуть запирающее колесо, чтобы никто не мог последовать за нами. Приятно видеть, что он не совсем потерял рассудок.

Мы шли обратно по незнакомому коридору в тишине, звуки вечеринки Анархии становились громче с каждой секундой. Мысленно я снова корил себя за то, что не опечатала складские помещения раньше. Это было в моем списке дел целую вечность; у многих из них были структурные повреждения, и я не хотела брать на себя ответственность, если кто-то здесь пострадает. Но я никогда бы не догадалась, что в одной из комнат есть фальшивая стена, ведущая к участку туннелей и чему-то похожему на тюремные камеры.

Когда мы добрались до комнаты, в которой держали Лукаса, которую Зед буквально взорвал, чтобы дать нам доступ, я притормозила, затем вошла внутрь и огляделась.

На полу были пятна крови, некоторые темные и засохшие, а некоторые все еще такие свежие, что были влажными и блестящими. С потолка свисали ржавые наручники, те самые, которые Кассу пришлось снять, чтобы освободить Лукаса, и я вздрогнула.

— Узнаешь это? — спросил Касс, вырвав меня из моих бурных грез о том, что происходило в этой комнате. Я моргнула пару раз, чтобы еще раз сосредоточиться, затем повернулась, чтобы посмотреть, о чем он говорит.

В руке он держал длинный железный инструмент, похожий на кочергу. Но нет, конец был ровным с...

— Блядь, — прошептала я, тяжело сглатывая. — Этот больной ублюдок.

Когда мы нашли Лукаса, я была так сосредоточен на ноже, торчащем из его груди, что почти не обратила внимания на кровоточащий ожог на левой груди. Однако теперь это имело смысл.

— Похоже, этот чудак заклеймил парня-стриптизеру твоим личным символом, — пробормотал Касс, с отвращением скривив рот, глядя на клеймо. Я покачала головой.

— Не называй его так. Я думаю, что он заслуживает хоть какое-то уважение, хотя бы за это.

Касс бросил на меня быстрый взгляд, затем слегка кивнул.

— Честная оценка. — Он бросил клеймо обратно на пол, а затем пристально посмотрел на меня. — Давай. Твои Волки разберутся с этим беспорядком.

— Прошу прощения? — Я нахмурилась. Однако его лицо выражало чистое упрямство.

— Ты меня слышала. У тебя много сотрудников, которые могут справиться с уборкой. — Его сильная рука снова схватила меня за плечо, когда он вывел меня из комнаты пыток, и мы перешагнули через тело. Чейз — или кто-то еще — должно быть, нанял себе помощников, потому что по пути в туннели мы убили как минимум шесть незнакомых лиц.