Архив Проклятого Знания встретил Маркуса не пылью, а холодом могилы. Воздух здесь был густым, пропитанным запахом пергамента, который не старился, а разлагался, и озоном от тревожно мерцающих кристаллов-хранителей, оберегающих (или запирающих?) свитки, способные свести с ума. Озранаун сидел за столом из черного базальта, его иссохшие пальцы перебирали фолиант с переплетом из... чего-то, похожего на высушенную кожу.

"Диссонанс..." – прошипел Старейшина, не глядя на вошедших. Его голос был шелестом сухих листьев по камню. "Ты не разрушил их кристалл, Маркус. Ты наполнил его противоположностью. Как чистая вода в чашу с ядом. Взрыв – лишь побочный эффект. Ты... заразил их силу." Он наконец поднял глаза. В них не было страха архива. Была жадность ученого, нашедшего уникальный образец. "Этот феномен... он упоминается в 'Хрониках Падших Звезд'. Как оружие против Сущностей Бездны. Крайне редкий. Крайне опасный для самого носителя."

Джармод, стоящий позади, излучал тихую бурю. Серая дымка из его трещины пульсировала в такт словам Озранауна. Концепция "заразы" явно резонировала с его собственным поврежденным состоянием.

"Что это меняет?" – глухо спросил Маркус. Мысль о том, что он "заразил" Глубину, вызывала не гордость, а отвращение. Он хотел уничтожить, не стать частью их кошмара.

"Все!" – Озранаун ударил костяшками пальцев по столу. "Патриарх прав. Ты – острие. Ты – отравленное лезвие. И это лезвие должно ударить снова. Скоро. Сильнее."

Дверь Архива распахнулась без стука. Вошела Хельга. Ее бесстрастное лицо было жестче обычного, глаза вычисляли траектории войны.

"Совет принял решение, Озранаун," – ее голос был четким, как удар кристалла. "Информация от Сеавера и наших шпионов подтверждает: Горны в панике после потери 'сердца' под Падшим Камнем. Их союз с Дарканами трещит. Вестник Бури не вернулся, или вернулся... измененным. Это окно. Окно для полномасштабного наступления. Мы выбиваем клин из наших земель и вгоняем его в сердце Горна!"

Озранаун кивнул, как будто ожидал этого. "И где в этой стратегии место для... отравленного лезвия?" – он кивнул на Маркуса.

Хельга повернулась к Маркусу. Ее взгляд сканировал его не как человека, а как тактическую единицу. "Маркус. Патриарх и Совет, по рекомендации Старейшины Озранауна и... с учетом твоих действий... доверяют тебе командование Ударным Клином 'Молот Диссонанса'."

Маркус почувствовал, как земля уходит из-под ног. "Командование? Я... солдат. Не стратег."

"Ты – источник диссонанса," – поправила Хельга холодно. "Твой клин – 100 человек. Отборных не по титулам, а по устойчивости к хаосу. Алхимики-оборотни, способные гасить ментальные волны. Землекопы с резонансными кирками, ломающие нестабильный камень. Несколько 'Теней' Ариель для разведки и диверсий. И... ядро из бывших 'Щитовых' Берты." Она сделала микроскопическую паузу. "Они сами вызвались. Во имя ее памяти и чтобы защитить твою спину, пока ты... делаешь свое дело."

Мысль о командовании людьми, о том, чтобы вести их в самое пекло, вселяла ужас. После Берты... Он боялся снова кого-то потерять. Боялся своей силы. Но в словах Хельги прозвучало нечто, что пересилило страх – "Щитовые" Берты. Ее люди. Ее наследие. Они верили в нее. Теперь они шли за ним? Чтобы защитить его? Горечь смешалась с жгучим чувством долга.

"Ваша задача," – продолжила Хельга, развернув голографическую карту над столом Озранауна, – "пробить Каньон Ревущих Духов." На карте засветилось узкое, извилистое ущелье, ведущее в самое сердце горных владений Горна. "Там их главный резонансный узел после Падшего Камня – 'Глотка Бездны'. Обычная армия там сгорит. Их шаманы направляют силу Глубины через каньон, как через рупор. Твой диссонанс... он может быть ключом. Внести разлад в их резонанс. Ослабить 'Глотку'. Открыть путь основным силам Клана."

Озранаун протянул Маркусу небольшой кристалл, мутно-серый, с трещинами. "Это... концентратор. Он поможет фокусировать твой импульс диссонанса. Не на разрушение. На... заражение частоты. Как в шахте. Но контролируемо. Научись им пользоваться. До выступления – три дня."

Три дня. Чтобы из изгоя, солдата, орудия стать командиром. Чтобы научиться не просто убивать или защищаться, а вести людей в ад. Чтобы приручить силу, которая "заражала" Глубину и треснула Джармода.

Лагерь "Молота Диссонанса" раскинулся на самом краю отвоеванных земель у Падшего Камня. Это не было похоже на лагерь элитных частей. Не было блеска доспехов, чинных рядов палаток. Было функционально и мрачно. Алхимики в прожженных реагентами робах колдовали над переносными стабилизаторами. Землекопы с резонансными кирками, похожими на гигантские камертоны, проверяли инструменты, их низкое гудение сливалось с ветром. Несколько бесформенных теней – люди Ариель – растворялись на периметре. И ядро: два десятка мужчин и женщин в потертых, но крепких доспехах с выгравированным символом щита – "Щитовые" Берты. Их лица были суровы, глаза – сдержанная боль и непоколебимая решимость. Они смотрели на Маркуса не с восторгом, а с вызовом и ожиданием.Докажи, что ты достоин ее памяти.

Маркус стоял перед ними, чувствуя тяжесть взглядов ста человек. Джармод был его тенью, серая дымка пульсировала – вечный надзиратель и напоминание о цене потери контроля. Ариель материализовалась рядом, ее голос тихий, но четкий:

"Мои 'тени' уже в Каньоне. Карта частотных ловушек и точек концентрации шаманов – в твоем кристалле-концентраторе. Горны знают, что удар будет. Но они ждут орду, а не... диссонансного клина." В ее глазах светился холодный азарт. Это был ее шанс блеснуть, добыв критическую информацию. Шанс приблизиться к Совету.

"Строиться!" – голос Маркуса прозвучал громче, чем он ожидал. Не командирский рев Боргуна, но твердость камня. Гармония внутри, обычно бурлящая или спящая, отозвалась ровным гулом – не яростью, а фокусом. Он вспомнил уроки Хангра: Сила без ума – тупое орудие. Теперь ум должен был вести силу. И людей.

Сто человек двинулись, заняв позиции. Не идеальный строй, но единый организм, собранный из осколков, но готовый к удару. Маркус поднял концентратор Озранауна. Кристалл отозвался теплым резонансом в его ладони.