Я сидел перед ноутбуком и думал, что мы с Хаттори более чем похожи. Оба пытаемся спасти свой мир, даже находясь в могиле. Любой ценой. Манипуляции, массовые убийства, обман, предательство. Использование друзей как инструментов. Могу ли я это осуждать?

Конечно, ведь это не моя история. Я пришёл в этот мир лишь для того, чтобы безвредно ограбить его на знания. В ноутбуке, стоящем передо мной, хранится огромный запас нужной мне информации, которую Хаттори собрал то ли в качестве извинения, то ли как аванс, а может быть, даже как взятку.

Тем не менее, Спящий Лис был прав. Кистомеи знали обо мне, я знал о них. Мы не знали пределов друг друга, возможностей, ресурсов и прочих нюансов. Теперь же я еще и сомневался в их целях. Это сомнение необходимо было искоренить. Недостаток данных должен быть устранен.

Так, сидя в микроавтобусе, едущем по Японии, я и принял решение поймать и допросить одну особь кистомеи. Извлечь из неё всё. Не прерывая сотрудничества с пришельцами, разумеется.

Вернуться в Миядзаки сложности не составило. Мика, несмотря на свои темные дела, никак не «засветилась» своей новой внешностью перед кем-либо из заинтересованных лиц, так что поправившую здоровье девушку мы представили личной помощницей Маны, после того как воссоединились с оставшейся группой. Произошедший переполох я, ни моргнув глазом, списал на проблемы женщины-якудза, в которые мы встряли в том баре. На допросах в полицейском участке мы дружно разыграли жертв, сбежавших от безумной женщины с помощью той же Мики и её машины. Живых свидетелей не было.

Бдительности я не терял, как и наша внезапно образовавшаяся охрана, состоящая из десятка сотрудников службы безопасности Специального Комитета, тем более что оклемавшаяся Мика едва ли не первым делом доложила:

— За тобой шли, Кирью, шли серьезные люди. На экспромт с Садахара они выделили своё «мясо», людей, которым даже не заплатили. Этим бойцам должен был заплатить Коэдо Тако, основной конкурент вашей похитительницы. Так что будь внимателен, они еще где-то здесь. Ждут момента.

Мика. Элемент неопределенности. Живая «мина», оставленная Хаттори. Рычаг для влияния на ситуацию… или кто? Что? С этим требовалось разобраться.

Не успел, она пришла ко мне в номер первой, произнеся пару ничего не значащих фраз и незаметно сунув мне записку. «Избавься от меня так, как тебе будет удобно» было написано на бумаге, которую я прочел, не доставая её из кулака. А вот это было нехарактерно для Спящего Лиса, так что я спешить со столь щедрым предложением не стал. Дел еще было по горло.

Съемки, интервью, ролики. Общение с полицией и прессой, несколько провоцирующих вылазок малой группой, в надежде выявить возможных недоброжелателей. Удерживание родителей, которым наскучило сидеть на одном месте. Серьезный и вдумчивый разговор с Такао, который неожиданно понял, что у него своеобразные отношения с еще одной моей бывшей.

— Думать надо, а не реагировать нижней головой, когда тебя тащут в постель… чтобы затем тебе удобно было обвинять окружающих, — напутствовал тогда хмурого брата я, — К тому же, успокойся. У нас с Мией не было отношений, мы просто встречались для секса. Думаю, что и у тебя их нет.

— Ты меня так утешил! — с сарказмом было заявлено мне в ответ.

— А это было не утешение, а всего лишь констатация фактов. Ты давно уже мужчина, отото. Я не хочу подавать тебе примером младшую сестру, но…

Увы, именно её подать и стоило. Эна цвела и пахла, а возле неё лучился скромным боязливым счастьем Хидео Мидзутани, над которым взяла шефство Ацуко и даже немного мой отец. Видимо, мои родители решили взять хоть один из процессов под свой контроль, чтобы Эна не пошла по нашим с братом стопам. Один многоженец, что пронзительно ясно видно из того, как общаются Мана с Асуми, второй «вообще кобель бессовестный!». Хотя, конечно, все было слегка не так. Госпожа Ханнодзи изволили делиться, так что Такао Кирью «превозмогал» со скорбью на лице. Но мать-то не обманешь… или сестру.

— Ну и что мне теперь делать? — это прозвучало почти обиженно.

— Думать о последствиях, — похлопал я брата по плечу, — Сестра тебя любит, но если продолжишь в том же духе, то она будет тобой расплачиваться с разными красотками. Если это поможет продвижению группы. Ты её знаешь, Такао, я не шучу.

Следующей мою обитель посетила сестра, пришедшая каяться в потере девственности. Не просто так, конечно, а лишь затем, чтобы старший брат, придя в ужасный гнев, не порвал бедного Хидео на две части. Он же не пришел… нет?

— Мы знали о том, что это произойдет, часа за три до того, как оно произошло, — похлопал я багровую сестру по плечу, думая о том, не запатентовать ли мне это похлопывание, — Будь спокойна, имото, мы в тебя верим.

— Почему я не чувствую себя спокойной?! — возмутилась сестра, упирая руки в бока, но продолжая оставаться зверски смущенной, — У меня там драма, чувства и раздрай, а они, старые и умные, стоят там, где-то в водичке и хихикая, обсуждают! Так нечестно!

— Нечестно будет оставлять Хидео таким, какой он есть сейчас. Запуганным, дёрганным и неуверенным в себе, — отрезал я, подходя к двери, — Этот вопрос решишь либо ты, либо я. Во втором случае он может пожалеть, что не оказался разорван на две части. Дам тебе два месяца, а потом пойду знакомиться с его родителями.