Что ж… Всё как я и предполагал. То, во что до последнего момента не верил, оказалось горькой правдой. Нас использовали. Сначала отца, затем меня. В душе стало больно и омерзительно от сознания, насколько доверился человеку, который, я видел сейчас на экране, ко мне не испытывал никаких чувств. Я был средством, с помощью которого девушка и те, кто за ней стояли, желали добиться своих целей. Что мог сказать, что чувствовал, о чём думал? Сожаление. Это, пожалуй, было единственное чувство в душе. Чего врать самому себе. Я любил Ольгу. Боготворил её. Носил на руках и заботился о девушке больше, чем о ком-либо за все прожитые годы. И всё разрушилось в один миг.

Ладно, лить слёзы не будем, но больше так глубоко в душу никогда никого не пущу.

Сделал копию записи и, найдя в блокноте запись электронного ящик Димы, отправил копию видеофайлов. Ничего от себя не писал. Парень умный, сам всё поймёт.

Набрал Алевтину и попросил её прибыть завтра к девяти утра. Девушка, как мне показалось, обрадовалась, но ничего не спросила, да и я сейчас не желал что-либо говорить. Наружную дверь заблокировал и ещё час провёл, что бы навести в квартире порядок. Всё-таки квартира принадлежала не Ольге, а моему отцу, следовательно, мне. Посмотрел, кто звонил, но никого из тех, кого желал услышать, в списке абонентов не было. Лишь голосовое сообщение, иконка которого постоянно мигала на экране.

Включил и услышал совершенно спокойный голос моей уже бывшей жены.

– Александр. Несмотря на наши личные разногласия, развод тебе не дам. Будь добр в полной мере выполнять свои супружеские обязанности и обязательства, которые огласил в присутствии множества людей во время венчания. Твоя жена».

Что это было, так и не понял. Извращённое издевательство или у моей бывшей жены раздвоение личности? Нормальный человек подобного бы не сказал.

Поднялся с кресла и снял с пальца кольцо, оставив его лежать на столе. Жаль, забыл это сделать пару дней назад, но что сейчас сожалеть. Между прочим, и того, что писала Ольга, среди бумаг, когда всё убирал в стол, не нашёл. Наверное, писала не мне, а своему непосредственному руководителю.

Зашёл в спальню и сунул в рюкзак тот френч, что был на мне пару раз. Понравился, не буду скрывать, да и оставлять его здесь считал неправильно. Соответствующую обувь тоже забрал. С Разумовскими связываться, посчитал, ещё рано, поэтому набрав код родного отражения, спокойно переступил через порог перехода.

Разложил дома вещи по местам и понял, что пора обживать квартиру. Делать её именно жилой, а не базой и не временным пристанищем.

Первым делом нашёл в справочнике доставку и заказал продукты из расчёта на неделю. Оплатил картой отца, как он мне и посоветовал делать в ближайшие месяцы. Да… Теперь придётся делать всё самому. Здесь не будет безотказной Алевтины, которая обо мне беспокоилась и не будет доставки горячей еды как в мире Кати, хотя при желании могу заказать любую еду из ресторана с доставкой на дом. Плюсом – не надо будет за собой мыть посуду. Всё доставляется в контейнерах и, на первое время, пока нахожусь в раздрае, для меня станет неким комфортом. Может позже найму женщину, которая станет помощницей в моей доме, ведь бросать ходить по отражениям не желал – впереди много открытий и, возможно, новых встреч. Проскочила мысль об Але, но держать её рядом с собой из эгоистичных соображений посчитал плохой выдумкой.

Через час раздался звонок в домофон, затем в дверь – привезли продукты. Проводил доставку и стал забивать холодильник и шкафы на кухне. Когда закончил, сделал любимый кофе и сел на кухне. Включил вытяжку и достал сигареты.

– «Вот так начинается мой первый день дома. Возвращение блудного попугая».

Хмыкнул, поперхнулся, потому что сделал глоток, который странным образом совпал со звонком в дверь. Подошёл, глянул в глазок – на площадке стоят две девушки. Вот же назойливые засранки. Дома не сидится. Что им от меня надо?

Открыл дверь, впустил в квартиру гостей. Уловив запах кофе, девицы, словно у себя дома, прямиком направились на кухню. Мне такое не понравилось. Или уже посчитали, что имеют на меня какое-то право собственности?

– Добрый день. Чем обязан? – Сел и обвёл глазами девчонок.

– Ты нам не рад? – прошептала младшая и, заметив, что на моём пальце нет кольца, локтём пихнула сестру.

– Рад или не рад, сугубо мои чувства. Повторю вопрос – чем обязан?

– Мы хотели повидаться, поговорить, - тщательно избегая взгляда, проговорила старшая, Мила.

– Девушки. Не стоит ходит вокруг да около. Если есть что сказать, говорите. Я ведь чувствую внутри Вас напряжение и долю страха.

– Коли так… хорошо. – Мила достала из кармана конверт и положила передо мной на стол. – Это просили передать Вам.

– Вас попросили? Или угрожали? Говорите как есть.

– Пригрозили, что если Вы до конца недели не позвоните по указанному в письме номеру, у папы начнутся неприятности. И у нас тоже, - добавила уже чуть слышно.

– Вы-то причём? – во мне медленно стала закипать злость. Какого ляда сюда приплетать абсолютно чужого человека и его дочек. Думают, этим меня испугают? Наивные идиоты.