Дальше охотнику пришлось идти пешком. Возвращаться обратно без волка нельзя, да и другие сиды засмеют. Веками будут придумывать шутки про короля, которого оставил посреди охоты собственный волк.

Гор отправился в чащу по следам. Пробирался недолго. Он вышел к небольшой опушке с поваленным деревом и остановился, увидев непонятную картину. В корнях огромного дуба пряталась лань, а Эрин поскуливал и на согнутых лапах пытался подползти к дикому животному.

С волком Гора происходило что-то неладное. Да и лань теперь не казалась похожей на своих сородичей. Красные бока, бутон белого цветка во рту… Гор счел, что повстречал слабое мифическое животное, прорвавшееся вместе со всеми в ночь Самайна на землю. Возможно, его магия подействовала на Эрина. Отсюда и странное поведение. Как бы то ни было, Гор собирался это пресечь. Король поднял лук и едва слышно достал стрелу. Легкого шороха было достаточно, чтобы волк резко обернулся. Заметив в руках хозяина оружие, Эрин ощетинился. Утробный рык вырвался из оскаленной пасти.

— Это же я. Друг, ты чего? — удивился Гор, но лука не опустил.

Лань, до этого вжимавшаяся в корни дерева, неуверенно привстала. Ее морда показалась из-за спины волка. Белый бутон упал на землю. Гор узнал цветок волчьей пастушки — травы, из которой готовили отвары для оборотней. Король перевел взгляд на лань. Обычная вытянутая морда, трепещущий черный нос, уши вразлет, но глаза… Огромные, как и положено животному, они отличались цветом радужки. Обычно у оленей радужка темно-каряя с горизонтальным зрачком. У этой же лани глаза оказались зеленые. В лунном свете сложно разобрать, но Гор готов был поклясться, что и зрачок у нее круглый, как у человека. И взгляд… слишком осознанный для дикого животного.

Король охоты опустил лук. Эрин тут же расслабился и перестал скалиться.

— Эрингор, — донес до Гора ветер. — Эрингор…

Сердце, которое уже давно не билось в его груди, вдруг до боли сдавило. Зеленые глаза лани напоминали ему о ком-то, но он никак не мог вспомнить, о ком именно…

— Эрингор, — снова позвали его.

Он различил мягкий женский голос. Король схватился за сердце. Казалось, оно вот-вот разорвется на части. В памяти Гора всплыли даже не образы, а ощущения. Мягкий шелк волос под пальцами. Тепло тела. Больших трудов Королю стоило снова посмотреть на лань. Неужели это она?

— Лана? — спросил Гор, оседая на землю.

Это имя инстинктивно сорвалось с его губ. Воздух вокруг красной лани заискрился. Сотни светлячков закружились вокруг животного, возвращая ему очертания человека. И вот перед Гором появилась самая прекрасная дева, что он когда-либо видел. Фигуру скрывал безразмерный плащ из оленьей шкуры. На голове надета странная красная шапка с рожками. Но бледное и перепачканное лицо… Оно было таким родным. На его фоне глаза, полные слез, казались просто огромными.

— Боги, — раздался до боли знакомый голос в голове Гора. — Это правда ты? Ты живой? Но ведь я сама видела твои останки…

Гор схватился за виски. Это было наваждение, не иначе. Лана бросилась к нему и крепко обняла. Он сразу узнал ее запах, в котором чувствовались ароматы диких трав. Эрин крутился вокруг, вилял хвостом, жалобно скулил, прося подарить и ему ласку тоже. Волчье сердце первым признало хозяйку. С разумом человека все обстояло сложнее.

— Это все Самайн, — выдавил из себя Гор. — Боги решили сыграть со мной злую шутку…

В его памяти всплывали забытые образы и тут же исчезали, но Король судорожно цеплялся за них. Он пытался вспомнить. Вспомнить все.

За несколько лет до…

— Тебе обязательно ехать? — спросила Лана, не скрывая своего недовольства. — У короля большая свита. Неужели тебя некому заменить?

— Я единственный оборотень, — ответил Эрингор.

Ему удалось поймать жену за руку и притянуть к себе. Она попыталась вырваться, но в итоге пошла на уступку и села к нему на колени.

— И что? — Лана нервно повела плечами. — В чем смысл охоты, если с тобой есть тот, кто за версту чует животных? Разве не интереснее выслеживать их самому?

Эрингор только рассмеялся.

— Я предпочитаю думать, что еду с королем прежде всего для охраны.

Лана презрительно фыркнула.

— Милая, — он коснулся ее подбородка и заставил на себя посмотреть, — это займет день. Максимум два. И я вернусь.

— Чтобы потом снова уехать. Эрингор, зачем ты женился, если совсем не бываешь дома?! — воскликнула Лана и хотела уйти, но муж снова ее удержал.

От друзей он не раз слышал, что в положении жены становятся особенно эмоциональными и капризными. Поэтому Эрингор старался лишний раз не спорить. К тому же, его мучило чувство вины. Знала бы Лана, как тяжело ему покидать ее каждый раз по поручениям короля. Должность первого рыцаря была и благословением, и проклятьем для семьи оборотня. Эрингор много времени проводил в делах, но высокий статус позволял ему надеяться, что их дети в будущем займут достойное место при дворе и окажутся на хорошем счету.