– Можешь развлечься с любой, - отец замечает мой быстрый взгляд. – Выбирай, кто приглянётся.

Меня аж передёргивает от его предложения.

– Дырки, в которых побывал твой хер меня не интересуют, - жёстко отрезаю, даже не стараясь скрыть на лице омерзение.

– Тебя интересуют только те дырки, в которые вы с другом можете одновременно засадить, правда? – отец неприятно усмехается.

– Не твоё дело!

Депутат Громов приподнимается на локтях, полы банного халата слегка распахиваются, обнажая его дряблую бледную грудь. Он заинтересованно смотрит мне через плечо, и хитро прищуривается.

– Смотрю, ты со своей шалавой на мою вечеринку пришёл. Интересно… Или ты её мне в подарок приволок, а? Люблю близняшек трахать! – он смачно щёлкает языком. – Эй, Алиска! – кричит отец в сторону бассейна. – Тащи сюда свою жопку, поздоровайся с сестрой!

Одна из девушек, сидящих к нам спиной, внезапно приподнимается и оборачивается. Она выходит из бассейна. Капли воды стекают по её идеальным формам. Девушка откидывает в сторону длинные каштановые волосы и с невозмутимым видом направляется в нашу сторону.

Смотрю на неё во все глаза… Охренеть просто! Сестра Лизы, и правда, похожа на неё как две капли воды! Те же невинные черты, слегка вздёрнутый носик, точёные скулы и высокая грудь. Вот только взгляд очень отличается от взгляда её сестры… В глазах Алисы читается вызов. Так смотрят только хищные, высокомерные и опытные шлюхи!

Она спокойно глядит мне прямо в глаза, улыбается уголками губ и, призывно виляя бёдрами, подходит к отцу. Пробегается тонкими пальцами по его седеющим волосам переводит на меня свой кошачий взгляд.

– Привет, Ник, - голос до боли напоминает голос моей Лизы. – Я скучала, здоровяк…

– Ты, сука, с моим сыном не флиртуй, это не он тебе зарплату платит, - отец смачно шлёпает её по заднице и тянет за руку, заставляя её сесть ему на колени.

Алиса покорно исполняет всё, что от неё требуется. Садится на колени к отцу, и тот тут же запускает руку под лиф её купальника, бесцеремонно сжимая сиськи.

– Ты можешь хотя бы не делать этого при мне? – морщусь.

– А что, ревнуешь? – усмехается он.

Я закатываю глаза. Сколько помню его, он всегда был таким. Прожжённым циником, ни в грош не уважающим женщин… Он и меня приучил к подобному отношению. До встречи с Лизой я всех баб шлюхами считал. Даже нормальные отношения построить ни с кем не мог. Только секс без обязательств. Спасибо папашиному воспитанию!

– Поговорить надо, - бросаю ему, пряча руки в карманы джинсов. – Наедине.

– Смотри-ка, какой деловой стал! – усмехается отец, но Алиску, всё же, тискать перестаёт. – Сколько я тебе названивал, просил приехать? А тебе похер было! Зато теперь, как прижало, так припёрся?

– Закончил? – хмуро спрашиваю. – Тогда пошли в дом. Разговор будет не при шлюхах!

– Ладно, Ник, - вздыхает отец, и снова смотрит в сторону Лизы и Арса. – Давай поговорим. Как отец с сыном, идёт?

– Идёт, - свирепо цежу сквозь зубы и отворачиваюсь от него, направляясь в сторону дома.

Во чтобы-то ни стало мне нужно решить эту проблему. Обезопасить Лизу и выяснить, зачем отец решил меня подставить!

Глава 57

– Выпьешь со мной? – отец проходит к мини-бару в углу своего кабинета и достаёт свой любимый вискарь.

Нажраться сейчас охренеть как хочется, но я понимаю, что этот разговор лучше вести на трезвую.

– Нет, - отрицательно мотаю головой, продолжая стоять в дверях.

– Ну ладно, как хочешь, - пожимает плечами он. – Садись, - жестом показывает на тёмно-коричневое кожаное кресло. – Что стоишь как неродной?

– Был бы я тебе неродным, это бы многое объяснило, - вздыхаю, садясь в кресло.

– Вон как заговорил? Не рад, что признал тебя тогда? Фамилию свою дал?
– отец тоже опускается за стол. Греет в руках своё пойло, а потом делает большой глоток. – Родной ты мне, Никита, родной. Знаю наверняка. Доказано несколькими лабораториями. Ну чё скис, а? Ты же не думаешь, что я твоей шлюхе-матери на слово поверил?

– Не думаю, - цежу сквозь зубы.

Отец никогда не упускает случая вспомнить о матери. В детстве это меня расстраивало. Казалось, что из-за матери отец считает меня человеком второго сорта. Сын шлюхи, я будто от рождения унаследовал её грязь. Грязь, от которой мне никогда не отмыться, каким бы послушным сыном я ни был. А я старался быть таким. Лет до пятнадцати. А потом понял, что все попытки напрасны. Отец никогда не изменит своего мнения обо мне. После этого открытия стало даже как-то легче. Я просто забил на желание понравится ему и начал делать только то, чего хотел сам.