Лицо оставшейся в одиночестве женщины было дело скривилось, чтобы заплакать, но не такой была Жозефина Богарне. Сложно найти более стойкую и стрессоустойчивую женщину. Вместе с тем, и таким сильным людям порой бывает горько и обидно.

Смахнув себя тоску, Жозефина стала с упоением читать так и не вышедший в печать номер популярного издания Журналь де Пари. По мере того, как она читала, глаза женщины становились всё более более широкими, И это несмотря на то что она и так обладала достаточно выразительными и большими глазами.

— Это же путь к прямому конфликту! — вслух сказала что Жозефина.

На страницах газеты, полностью посвящённой делам в России, причём уже минувшим делам, был полный разгром всего правящего дома Романовых.

Одна статья была посвящена тому, как к власти пришла мать нынешнего императора Екатерина, прозванная Великой, что она чуть ли не лично убивала своего мужа. Да, ни для кого в Европе не секрет, что Павел Петрович осуждал все похождения матери, но те подробности, что писались на страницах неопубликованного издания игнорировать даже ненавидящему сыну было нельзя. Екатерина представлялась в роли извращенки и самой падшей блудницы, а само происхождение Павла Петровича ставилось под некоторое сомнение. Мол, редакции достоверно неизвестно, но в самой России ходят подобные слухи. Причём, не такие уж были профессиональными те специалисты, кто составлял статью, и вероятным отцом Павла Петровича назван не Салтыков, а Григорий Орлов.

Следующая статья была посвящена самому Павлу Петровичу. Там в очень неприглядных красках даётся примитивный анализ психологического состояния русского императора. Описывается то, как его первая жена изменяла с лучшим другом тогда еще наследника русского престола, как мать этому потворствовала. Утверждалось, что у Павла Петровича есть незаконнорождённые дети, которые происходили от греховных связей наследника русского престола с подсованными его матерью-извращенкой девками.

Ну и третья статья говорила о русском заговоре. О том самом, когда старший сын императора Российской империи восстал против своего отца. Подаётся анализ, что якобы Павел Петрович избивал своего сына, унижал его, как и всех домочадцев. В доказательство приводятся не какие-то сведения именно из жизни венценосной русской семьи, а поступки императора в отношении других лиц. Например, описывается, как русский император избивал некоторых генералов, имена которых не называются, женщин, которые не достаточно низко кланялись и все с таком духе.

Жозефина прочитала журнал и ужаснулась. Если подобное выйдет в печать, то почти сразу начнётся война. Она была почти убеждена, что в России самодержавие основано лишь на самолюбии императора. Если обидеть русского царя, то за эту обиду будут отправлены сотни тысяч русских солдат на войну.

Женщина также понимала, для чего это нужно было Наполеону. В какой-то момент, когда именно Франция будет готова к войне, а русские к ней недостаточно подготовлены, подобные статьи начнут выходить не только в Журналь де Пари, но и в Мониторе, в других французских газетах. Вероятно, что не только во французских газетах появятся пасквили на Россию, но также и в датских, и в периодических изданиях Рейнского Союза.

Русский Император не сможет не реагировать, а следовательно начнётся война. Жозефина прекрасно знала что Франция готовится к большим войнам в Европе. Уже проводится второй призыв в армию, когда первый призыв не отправляется домой, вопреки тому, что пообещал Наполеон при возложении на себя короны. Та республиканская армия, которая формировалась ещё пять или даже семь лет назад, все те воины всё ещё в строю, никто их отпускать по домам не собирается. Так что армия французской империи постепенно, но неуклонно возрастает. Французские заводы работают чуть ли не по ночам, производя всё большее количество вооружения, пушек, на верфях стреляться корабли.

— Что ж… Быть войне. Он победит, но никогда не проигрывает, — по-женски легкомысленно заметила Жозефина.

Глава 3

Петербург

6 апреля 1800 года.

Я хотел, чтобы мой доклад на Государственном Совете не стал грандиозным, распиаренным событием. С одной стороны он должен прозвучать не привлекая особого общественного внимания, но с другой, нельзя было обойтись без того, чтобы все заинтересованные лица гадали, что же там расскажет канцлер. Политические фигуры ожидали, будто и сами были экзаменаторами, как именно я буду сдавать свой главный главный экзамен.

Не только Россия в предвкушении отсчитывала дни до начала заседания Государственного Совета при императоре, но и за рубежом пристально наблюдали за тем, что происходит у нас, и гадали, стоит ли рассчитывать на смену политического курса.

Еще за месяц до начала спектакля на Государственном Совете, стало понятно, что некоторые товарищи, скорее даже неприятели, начинают играть против меня почти теми же самыми методами что и я сам часто использовал.

К примеру, перед докладом об итогах работы Комитета Министров за год, вышли некоторые весьма интересные статьи даже в журнале «Министр», не так давно мной учрежденном и уже ставшим популярным.

Там не то чтобы меня лично заругали. Но приводились некоторые негативные моменты, которые могли случиться в последствии моих реформ. Могли… Не факт, что случились. Хотя, чтобы поверили статьям, приводилась и конкретика.

Например, суд ошибся и назначил одному помещику оплатить своему соседу-истцу определённую сумму денег. В ходе дополнительного расследования обнаружилось, что тот самый сосед не должен был ничего платить. И все… статья ни о чем ином не пишет, лишь задаёт вопрос о справедливости. Мол, если реформа столь хороша, почему возникают такие прецеденты?