– Докладывай, – строго велел хозяин кабинета.

С силой сводя колени, я зажмурилась и тихо хныкнула. Ну почему он меня просто не отпустит?! Какой стыд, Боже… Я уже сдерживалась из последних сил! Даже покосилась на дверь, пропустив мысль о побеге.

– Без моего приказа никого не отпускать.

Отдав указание, Роман Давидович сбросил звонок и склонил голову, сосредоточив внимание на экране телефона. Я облизнула пересохшие губы. Посмотрела на графин с водой и поняла, что до сих пор испытываю жажду.

Импульс прошел по телу. Тихонько поднявшись со стула, я обхватила стеклянную ручку и наполнила свой стакан почти до края. Нетерпеливо взяла его и принялась жадно пить, неизбежно пролив воду на рубашку.

– Олег Тихонович? Прошу прощения за поздний звонок, – вновь раздался повелительный голос Радова. – Есть ситуация требующего вашего внимания. Я отправил вам название препарата. Был принят с алкоголем. Мне нужно знать последствия и варианты мер для их устранения.

Моментально обратившись в слух, я вернула попу на стул, неловко разглаживая руками мокрый вырез рубашки. С кем он разговаривает? Неужели врач?..

Я не слышала, что мужчине отвечали, и волнение нарастало с геометрической прогрессией. Он тоже молчал, не позволяя мне хотя бы примерно догадаться о сути разговора. Между тем меня начало снова накрывать... Сильно. Вцепившись в края столешницы, я вытянулась на стуле, боясь лишний раз вдохнуть! Но вдруг – вспышка и с губ сорвался стон.

Заметив, как Радов повернул голову на звук, я тут же зажала рот рукой, просто заживо сгорая от смущения.

Нет, не могу так больше... Надо уходить. Нет… Бежать! Бежать без оглядки!

Опираясь ладонью о столешницу, я поднялась со стула и начала потихоньку обходить стол, стараясь не стучать каблуками.

– Это все? – хмуро поинтересовался Роман Давидович. – Ясно. Благодарю за консультацию.

Я резко застыла. Генеральный сбросил звонок и сразу обернулся, практически заставая мой побег.

– Роман Давидович… М-можно я просто поеду домой? – попросила лихорадочно, чувствуя, как бешено колотится сердце.

Синие глаза сузились, а мужские губы превратились в тонкую линию.

– Дома есть парень или муж?

Опешив от этого личного и требовательного вопроса, я мотнула головой. Одновременно с этим незаметно сжала бедра, ощущая жар возбуждения, который волной захлестнул тело.

– Значит, в этом нет смысла, – сухо отсек Радов. – Вам нужна помощь.

– К-какая помощь? Может лекарство принять?..

Внутри лучиком пробилась надежда. Неужели врач подсказал ему решение?

Генеральный вдруг сдвинулся с места и уверенным шагом направился ко мне. Внутренности сжались в комок, когда он остановился почти вплотную, нависнув надо мной грозной скалой.

– От этого есть только одно лекарство, Надежда Сергеевна, – понизив голос, сказал мужчина, задержав бесстрастный взгляд на моей мокрой рубашке.

Настороженность током ударила по нервам.

– Что в-вы имеет в виду?..

Он поднял глаза к моему лицу.

– Сядь и раздвинь ноги.

Разум как будто парализовало. Я решила, что ослышалась. Или что Роман Давидович так неприлично пошутил!

– Что?..

– Ты слышала.

Я хлопнула глазами и дернулась, как если бы в меня плеснули ледяной водой.

– Извините, я не понимаю… – До боли вжимаясь поясницей в край столешницу, начала перемещаться в сторону. – Мне не настолько плохо и я… я уверена, что сама…

Внезапно сильные руки обхватили мою талию, и я подлетела как пушинка, оказываясь усаженной прямо на стол. Ступор затормозил любую реакцию. Я просто беспомощно смотрела, как мои ноги оказались разведены, треснувшая по шву юбка задрана, а мужская ладонь скользнула прямо к промежности.

Издав громкий стон, я буквально подпрыгнула на месте, вцепившись в широкие плечи Романа Давидовича. Меня будто резко обожгло и остудило, и от центра живота по телу рассыпались искры! Я даже подумать не успела о том, чтобы сопротивляться. Всего одно прикосновение напрочь лишило сил, воли и разума.

Послышался треск колготок. Не давая мне опомниться, Роман Давидович сдвинул полоску моего нижнего белья и теплыми пальцами развел половые губы. Я не поняла, как легла прямо на стол – точнее меня уложили точно податливую куклу. И не чувствовала с какой силой цепляюсь за рукав дорогого пиджака.