– Ага! – воскликнул Фома. – Кто напуган, тот побеждён!

– Не дождёшься! – Даша бросилась на колени, но вовсе не для того чтобы молить о пощаде. Она водила рукой по густой траве в поисках палки. Юная царевна никогда не сдавалась. А Фома этому был только рад – подыгрывал ей, подбадривал.

Глядя на него, Лиходей покачал головой.

– Дурак-человек, – пробурчал он себе под нос. – Правая рука царя, а всё с девочкой водится... Не солдат, а нянька бесхребетная!

– Что ни говори, а всё ж выслужился, – пожал плечами Балалай и тяжело вздохнул. – Зря мы с тобой в солдаты не записались, сейчас бы тоже палками махали, а не вот это всё... – Он пнул ведро, и часть воды выплеснулась на землю.

– Говорят, сегодня царь возвращается, – прошептал Лиходей. – Помни, о чём мы договорились.

Балалай потёр лысеющий затылок:

– Помнить-то помню, только боязно мне. Вдруг...

– Цыц! – Лиходей толкнул Бал алая в бок и кивнул на высокую, статную красавицу, вышедшую во двор.

То была царица, верная жена Берендея Настасья Ивановна.

– Ой, поссоримся мы с тобой, Фома! Чему ты царевну учишь? – сказала она воеводе и поспешила к дочери.

На царице сегодня было особенно богатое платье: атласное, со сложной вышивкой. На голове красовались две толстые косы, закрученные венцом, а в ушах – крупные золотые серьги с изумрудами, которые блестели на солнце так, что Лиходей глаз отвести не мог.

– Что вы, Настасья Ивановна, – начал оправдываться Фома, опустив палку. – Это для здоровья царевны: ей нужна сила и выносливость. Да и сдачу, если что, дать сможет. Чем плохо?

Даша воспользовалась моментом и ударила Фому в грудь.

– Кто напуган, тот побеждён! Верно?

Фома улыбнулся, и Даша начала смеяться, хотя не видела его улыбку.

– Драки – не для девочек. И тем более не для царевен! – Настасья Ивановна достала из рукава платок и вытерла грязь с лица Даши. – Милая, неужели не чувствуешь, как растрепались твои волосы? Ну а ты, Фома? Головой думать надо! Ей однажды замуж выходить. Кто захочет брать в жёны драчунью?

– Но, мамочка, я сама его попросила, – Даша увернулась от Настасьи Ивановны. – Даже приказала!

– Что с тобой поделать? – смягчилась царица. Она вынула из-за пазухи письмо и вложила в руки дочери. – Дождались, моё солнышко. Голубь принёс. Сегодня наш царь Берендей возвращается.

Даша подпрыгнула и обняла маму.

– Ура! Папа! Я надену самое красивое платье. Поможешь выбрать?

Фома поклонился Настасье Ивановне. В этот раз они особенно ждали возвращения Берендея – и на то была веская причина.

– Ступайте, братцы, на берег! – крикнул Фома двум слугам. – Костры сигнальные зажигайте, надо царю путь указать. И смотрите, чтоб всю ночь горели.

Услышав приказ, Балалай с тревогой посмотрел на Лиходея, а тот хитро улыбнулся. Вот-вот его план претворится в жизнь.

* * *

Тёмное море было неспокойно. Резвые волны несли ладью в сторону берега. На корме стоял светловолосый статный мужчина в богатом наряде и золотой короне, украшенной драгоценными камнями. Это был царь Берендей. Он взволнованно вглядывался в морскую пучину. На душе у него было тревожно. Небо затягивалось чёрными тучами. «Кажется, надвигается шторм, – с тревогой подумал царь. – Только бы беды не случилось».

– Соскучился по дому, Берендей? – раздался вдруг голос за его спиной.

Царь обернулся. Перед ним стоял старец в длинном сером одеянии, на шее у него висело огниво. Всё лицо его испещряли глубокие морщины, но достаточно было одного взгляда, чтобы понять – это очень мудрый и добрый человек. Глаза у него были светлые-светлые, как две льдинки. Белозёр – так его звали. И был он могущественным волшебником. Чтобы найти его, Берендею пришлось проделать длинный опасный путь, сплавать за чужие моря да в чужие земли. А всё потому, что Белозёр знал, как помочь той, за кого царь без сомнений отдал бы свою жизнь.

– Долго ты меня искал, – не дожидаясь ответа, продолжил Белозёр. – Но не напрасно. Прозреет твоя дочь, увидит мир своими глазами. Не тревожься об этом, государь.

Берендей кивнул, но остался всё таким же задумчивым. Ему не терпелось сойти на родную землю и обнять любимых жену и дочь. Уж сколько они с Настасьей Ивановной думали, как помочь Даше, сколько искали мудрецов и волшебников, кто смог бы совершить чудо и позволить ей видеть, – неужели наконец их заветная мечта исполнится?

Его мысли прервала сверкнувшая молния.

Берендей нахмурился.

– Не миновать нам шторма, – сказал он старцу и, повернувшись к кормчему, крикнул: – Огни сигнальные смотреть надо! Фома укажет нам путь!

– Слушаюсь, государь! – отозвался кормчий.

Шутка ли – идти в шторм к берегу. Один неверный поворот, и налетишь на скалы. Но Фома – надёжный товарищ, уж он-то никогда не подведёт.

Глава 2

Поджигай!

На небе проступали первые звёзды. С севера дул прохладный ветер, неся вести о дальних землях, но Лиходей не обращал на него внимания. Некогда ему сказки слушать, скоро прибудет Берендеева ладья.