— Сейчас у нас товарищеские матчи будут с «Металлургом» из Новокузнецка и «Сибирью» из Новосибирска, — ответил папа. — Поэтому поедем, в Сибирь смотаемся. Здесь надолго не задержимся, к сожалению. Хотя хотелось бы, но… работа.

Арина читала в интернете спортивную биографию отца. Он конечно, звёзд с неба не хватал и не был мировой звездой хоккея. Сейчас он был главным тренером Иженского «Нефтяника», хоккейной команды высшей хоккейной лиги. До того как стать тренером, играл в этой же команде с середины девяностых до начала десятых, никуда не переходя, и заслужил в команде и среди болельщиков большой авторитет. Высшая хоккейная лига — это, конечно, не межконтинентальная, и бюджеты совсем другие, но всё-таки карьеру в спорте он сделал. Ведь он начал заниматься с 12 лет! По крайней мере, так было написано в Википедии. А ещё было написано, что он начал заниматься любительским хоккеем с марта 1986. То есть, с времени, которое Люда уже не застала. Неужели это настоящая Стольникова, попавшая в её тело, так подействовала на него, что он сменил дворовый каток и посиделки с пацанами на ДЮСШОР, бросил заниматься всякой фигнёй и взялся за голову? Неужели это настоящая Стольникова так повлияла на жизнь многих людей?

Брат Иван был нападающим в той же команде, до иженского «Нефтяника» играл в молодёжной фарм-команде и даже отбирался в сборную команду страны на юношеский чемпионат мира по хоккею в Германию. Несмотря на свои 25 лет, а это для хоккея ни о чём, парень высоко стоял в рейтинге лиги и вполне мог переходить в межконтинентальную хоккейную лигу.

— Ребята, давайте о делах потом, — предложил Стас и разлил шампанское по бокалам. — Пусть у нас всё будет хорошо. А особенно у тебя, дочка.

Только хорошо будет или нет, сама дочка пока ещё не знала…

Как всегда, утро началось с завтрака. И теперь на нём присутствовали все члены семьи Стольниковых. «Зачем они так рано проснулись?» — недоумённо подумала Людмила, поглощая овсяный поридж с малиной. Маме в этот раз пришлось готовить на четверых человек, причём завтрак разделялся сугубо на женский и мужской. В мужском присутствовали тосты с маслом и яичница с сосисками, а в женском — овсяная каша и стакан сока. Что за несправедливость???

— А… Почему мы едим разное? — недовольно спросила Люда. — Я тоже хочу яйца и сосиску!

— Милая, мальчикам не нужно прыгать многооборотные прыжки! — заявила мама. — У нас с тобой уговор — дома здоровую пищу всем готовлю я. Ты ешь что хочешь, но без меня.

Естественно, Люда знала, почему Стольниковы встали так рано: режим дня. Если ты спортсмен, то привык просыпаться в одно и то же время, а каждый день — своего рода дежавю. И даже если не нужно никуда идти, всё равно будешь вставать во столько, во сколько привык просыпаться годами. Зато Стольниковы-мужчины могли взять на себя утренний выгул Глории, освободив маму от этой обязанности.

Сейчас Люда уже разобралась, как живёт семья Стольниковых. Такое и нарочно не придумаешь. Анна Александровна с дочерью жили в Москве, и это естественно, так как у мамы тут был свой налаженный бизнес, а у дочери — спорт. Да и квартира от нефтяной корпорации привалила. Мужчины семьи Стольниковых, естественно, жили в Иженске, работали в местном хоккейном клубе. Все вместе Стольниковы собирались крайне редко, так как почти все и всегда были в разъездах. И сейчас очень редкий промежуток времени, когда они собрались все вместе. Это был практически праздник! Естественно, Люда, как примерная и воспитанная советская девушка и пионерка, не стала бы своими психами портить это время, такое важное для семьи, поэтому молча согласилась с мамой, решив заказать яичницу и сосиски на обед.

— Ну, мне пора! — позавтракав, радостно сказала она, вышла из-за стола и помахала рукой. — Всем удачного дня!

Эх… А ведь сегодня предстоял полный прокат произвольной программы, и каким он будет, фиг его знает… А ещё Люда решил откатать произвольную программу в новом платье, чтобы почувствовать, как оно будет сидеть на ней. Это было крайне важным. Платье могло хорошо сидеть на теле в обычной обстановке, но при исполнении элементов иногда выявлялись какие-то скрытые неудобства, незаметные с первого раза. Это она уже знала по своему опыту…

…Первое, что бросилось в глаза, когда Люда вошла в фойе «Хрустальной звезды», это рекламный плакат с её изображением, который она видела в ателье у Миланы Артуровны. Господи, мама и сюда добралась!

У плаката стояли мамы юных фигуристов, и во все глаза рассматривали его. Увидев Людмилу, улыбнулись и помахали рукой, приветствуя звезду фигурного катания. Людмиле стало неловко, но она сумела подавить это чувство.

— Всем привет! — радостно сказала она. — Приглашаю всех на контрольные прокаты сборной!

— Аря, можно тебя на пару слов? — попросила одна из женщин.

— Не могу, пардон! — виновато пожала плечами Люда. — Мне нужно на взвешивание. Я сейчас под наблюдением тренеров за прогулы. За опоздания меня выгонят.

Женщины рассмеялись и в ответ помахали ей рукой. Вот так надо разруливать спорные ситуации, а не бегать от них, как Сашка Смелова!

Взвешивание показало всё тоже: плюс 2 килограмма. И похоже, Бронгауз махнул на это рукой.

— Если ты будешь стабильно кататься, пусть так и будет, — сказал тренер. — На начало сезона пойдёт. Но к этапам Гран-при нам нужно будет включить в любую программу хотя бы один элемент ультра-си. Тогда тебе придётся сесть на более жёсткую диету и заняться более жёсткими тренировками. Сейчас иди в тренажёрный зал. Тренировочный кейс тот же самый, под номером ноль.