Пока противники не создавали во мне того же напряжения, как Царь Обезьян или огромная африканская змея Инканьямбо, но в опасности Мозгила я не сомневался.

Я не видел чёткого пути к победе, я и не ощущал страха за свою жизнь, хотя тени легко секли кости, которые якобы были «неразрушимыми».

Будь сейчас ясный солнечный день, скорее всего, победа была бы легче. Существа из тьмы становятся слабее и зачастую лишаются некоторых своих козырей.

Если на ритуал иначе повлиял отражённый свет, это не меняло общих законов стихий. Скорее наоборот давало лишнюю догадку о силе врага наравне с его поглощением искусственного света.

Во враге явно преобладает тьма. Мои нынешние познания не дают мне существенного теоретического багажа по противодействию текущему противнику, но воспоминания собственного опыта столкновения с похожими магами у меня есть.

Как-то клан Грачёвых забросил нас на территорию южного материка индейцев (территорию ЮжнойАмерики). Не помню названия их племени или клана. Неприятны они были тем, что осуществляли человеческие жертвоприношения.

Нас наняли для освобождения двух человек, которые разбились на яхте у побережья.

При их освобождении выяснилось, что заказчиком был один из римских кланов, тоже являющихся противником клана Браво. Ну, и далеко не самой воинственной силой, но торговцами с доступом к некоторым эксклюзивным товарам и технологиям.

А мой бывший клан ценил такие связи гораздо выше, чем отряд бессмертных ГРАЧ-ей.

Так как побережье хорошо охранялось, нам пришлось лезть в телепорт, открытый магом на самолёте.

Первый раз тогда прыгал с парашютом и уверен, что отсутствие эмоций в той ситуации сыграло мне на пользу.

Мы оказались на вражеской территории, но противник не был знаком с нами, а захват земель не входил в наши задачи.

Как в последующем выяснилось, местные были достаточно сильны, чтобы защитить себя от группы из восьми человек.

Где-то через две недели нам удалось достигнуть храмовой зоны, практически не вступая в конфликт с противником.

А вот там уже в ходе спасательной миссии было не до дипломатии.

Главный жрец оказался магом стихии тьмы, но нас о подобном заранее оповестили и подготовили.

В итоге врага атаковали зельями, которые было доверено использовать только ГРАЧ-ам без подавления эмоций.

Нам же чётко сказали не попадать под воздействие даже капли этого алхимического препарата, иначе якобы погибли бы и не восстановились.

Сейчас я могу предположить по форме пузырька и плотности, что «Слёзы Капитошки» и были тем, что лишило силы могущественного волшебника тьмы. Пусть зелье подействовало на ограниченный срок, но мы успели отступить, использовав свиток телепортации.

Убийство жреца не входило в наше задание, но вряд ли бы нам это удалось из-за особенностей артефактов противника и странностей пирамиды, около которой мы сражались.

Однако предположение о пузырьке из аптечки было неподтверждённым, а объём не столь большим.

Пока везло: препарат удавалось сберечь, падая и уводя карман с ним от ударов и атак. А вот двум другим зельям пришёл конец при ударе теневыми лентами. Но раз те не пострадали, значит, и были бесполезными.

А вот сохранность пузырька косвенно показывала, что тени его избегали. Но сейчас я был уверен, что они не разумны, значит, это случайность.

Так что требовалась проверка.

Я рванул к очередному черепу на земле, на ходу быстро отвинтив крышку, сунув палец внутрь, я смочил его, после чего завинтил и убрал.

Поднял череп и тыкнул в цель, и та начала визжать. Ни дискомфорта, ни оповещений.

— Сц-ааа-ооо! — пропищало белеющее создание, покрывающееся серебристым пламенем.

Хм, проверка пройдена. Значит, зелье подходит не только снимать золотую лихорадку, наводимую той диадемой.

Вот только в данный момент меня снова рванули ленты.

Я использовал заряд электричества и вырвался, после чего относительно спокойно нырнул в дыру в стене.

— А где все? — выдохнул я, оглядываясь на бегу.

Небо было затянуто облаками достаточно плотно. Прорехи были редкими, в основном уже отгоняемыми сильным ветром куда-то вдаль.

Храм внешне казался холмом, покрытым изумрудной травой, кустиками и на многих отрезках плющом. Грунт был чёрным, жирным, по нему было сложно передвигаться, почти как по грязи на болоте.

Скрыться здесь было негде. Деревьев я не увидел, только какие-то кусты небольшими островками.