«Она пыталась подчинить меня своей воле, но у нее не вышло».

«Я могу забрать ее, и мы уйдем?»

«Нет, друг мой, боюсь, отсюда вообще никто не уйдет…»

Вот, значит, как? Не хочешь по-хорошему? А по-плохому я ничего ему не могу сделать, у меня даже динамита больше не было, весь истратил в пещере со змеями.

«Ты меня остановишь?»

«Я прикажу моим слугам перекрыть все выходы. Вам не выбраться. Их слишком много».

Тварей своих на помощь позовет, понятно. Ситуация, и правда, дерьмовая.

Раздался приглушенный стон и Мур зашевелился.

Живой!

Кровь из его раны больше не текла, он успел остановить ее, туго перетянув шею платком и при этом умудрившись не задохнуться.

А вот Сэм все так же лежал без движения, и ни о чем хорошем это не говорило.

— Шериф, помоги…

Бэнкси шатало, ему требовалась опора — костыль или чужое плечо, он был слишком слаб, потеряв много крови.

«Бесполезно, — в интонациях Камня не было ни сочувствия, ни торжества, лишь простая констатация факта. — Он уже мертв».

Это мы еще посмотрим!

Во мне внезапно пробудилась дикая злость. Чтобы какая-то чертова каменюка указывала, кому жить, а кому умереть? Не бывать этому!

Я подбежал к Муру, морщась от собственной боли в плече, но моему заместителю было куда хуже. Бледное от потери крови лицо, кровь на теле и одежде, но взгляд все такой же боевой. Этого человека болью не сломать. Наверное, поэтому он и был заместителем шерифа в городе, где смерть приходила настолько внезапно, что и охнуть не успеваешь. Впрочем, со мной в качестве начальника ему повезло еще меньше.

— Цел?

— Жить буду, — Бэнкси даже попробовал улыбнуться, но получилась лишь оскаленная гримаса боли.

— А Сэм?

— Совсем плох, но вроде еще трепыхается…

Это была хорошая новость. Я уж думал, что Сэма мы потеряли, а если он жив, то всегда остается шанс на лучшее.

Я подвел Мура к постаменту, на котором был водружен Камень, и посадил его там, прислонив спиной к предмету всех наших бед. Камень никак не отреагировал на подобное действие, он временно умолк и, как видно, наблюдал за происходящим.

Потом я подошел к Сэму. Тот тяжело дышал, держась за живот, и посмотрел на меня, словно прощаясь. Нет уж, так просто мы с тобой не расстанемся, друг!

Я взглянул на него в снайперском режиме, а потом сделал максимально возможное увеличение. До этого момента я ни разу не применял функцию таким образом. Надо же, сработало!

Перед моими глазами пульсировали кровотоки, проходящие через его тело. Они подпитывали внутренние органы. Так, что тут у нас: сердце — бьется ровно, легкие — чистые, печень — тут, хм, кое-что не в порядке — увеличенная, но это понятно, учитывая то количество «Колотушки», которое поглощали мои заместители. Множество шрамов, не видных из-за одежды, кое-где меняли структуру тела, чуть мешая нормальному течению крови.

Так, а вот и пуля. Она застряла в брюшине, и там постепенно скапливалась кровь. Если пулю не удалить, то человек умрет. Я не хирург, но, в принципе, можно попробовать.

— Потерпишь? — спросил я, доставая нож.

Сэм кивнул. Ничего иного я от него и не ожидал.

Факел все еще догорал, валясь на камнях, и я подержал клинок над огнем, дезинфицируя его таким образом. А руки сполоснул «Колотушкой» из фляжки Мура. Лучше так, чем никак.

Дальше — больше. Главное, не раздумывать.

Небольшой надрез, расширяющий рану, осторожно подцепить пулю пальцами и потащить ее наружу. Отлично!

Как Сэм не заорал во время этой процедуры, я не понял. Я бы заорал, это точно. Все же полевой хирург из меня, как из балерины — боец спецназа.

Но мы справились, пуля извлечена. Теперь бы зашить рану…

— У меня есть нитка и иголка, — сказал Бэнкси, наблюдавшей за операцией. — Иногда приходится одежду самому латать, вот и таскаю всегда…

Очень кстати!

Несколькими крупными стяжками я зашил рану. Теперь все зависит от самого Мура, справится его организм с подобным испытанием или нет, понять сложно. Но он — человек крепкий, не в первый раз ловит пулю. Так что будем надеяться на лучшее.

Оставалась Лилуйа. Но девушка так и не приходила в себя, и я понимал, что ждать ее пробуждения в этот раз бессмысленно. Камень держал ее разум и выпускать не собирался.

«Чего ты хочешь?» — обратился я к Камню, не зная, получу ли ответ.

Но он снизошел:

«Вернуться».

Признаться, эти слова ввели меня в легкий ступор. Вернуться куда?

И тут Система, которая все это время словно дремала, выдала сообщение:

«Возможно включение одноразовой функции „Озарение“. Активировать? Да/Нет»