Так что мой расчёт есть самая незаметная и защищенная часть засады. А вот Бём и Джису залезли, считай, к волку в пасть, приблизившись к дороге аж на полторы сотни метров! Да и то есть предельная дистанция боя из ВГ-44 по легкобронированным целям; сама куммулятивная ВПГ-1 (винтовочная «противотанковая» граната) способна прожечь до 30 миллиметров брони максимум… Практически столько же (27,5 миллиметров) пробивает штатной бронебойной пулей и ПТРС.

Вот только уже за триста метров…

Впрочем, «Томпсон» Джису сохраняет прицелую дальность выстрела на все те же полторы сотни метров, потому его и оставили в прикрытие Бёму — вооружив последнего карабином Мосина с мортиркой ВГ-44. Их разместили на правом фланге засады в негглубокой ложбинке, прикрытой к тому же кустарником — с расчётом, что корейцы откроют огонь только в крайнем случае… Ну, или подвернется уж больно удобная цель.

А так, вся надежда на рассчет бронебоев Гольтяева, развернувшийся на левом фланге. Майор залег подальше от дороги, да и скорострельность у его ПТРС куда выше… Снайпер же расположился справа от моей ячейки, шагах в пятидесяти — но у Чимина своя охота, ему выбивать вражеских пулеметчиков и офицеров.

Наконец, из пары оставшихся артиллеристов мы сформировали пулеметный расчёт к ДП-27. Как бы не хотел Паша доверить ручной пулемёт более опытным бойцам, роли остальных уже распределились. И наоборот, поставить в расчёт гранатометчиков кого-то менее опытного, чем Бёма и Джису, мы посчитали нецелесообразным… Ничего, про короткие очереди и как брать верный прицел за триста метров, мы парням объяснили — ровно как и перезаряжать оружие в бою.

Надеюсь, справятся…

Между тем, шум на дороге нарастает — и припав к оккулярам трофейного бинокля, я разглядел легкобронированный «Грейхаунд» британцев, приближающийся к засаде с правой стороны. Но пусть броня у машины и противопульная — однако вооружен он не только пушкой-«огрызком» калибра 37 миллиметров (с лёгким спаренным пулемётом), но также и крупнокалиберным Браунингом на зенитной турели. И это обстоятельство разом повышает ставки! Кроме того, часть выстрелов к пушке броника разведки представлены картечью — смертельной для засады, не имеющей толком надёжного укрытия…

Броневик катит впереди колонны, держащейся в трехстах метрах позади. Сама колонна… Да собственно, именно то, что мы ждали вот уже пару дней — универсальные БТР британцев, защищённые лишь противопульной бронёй, вперемешку с грузовыми машинами. Причём борта английских бронетраспортеров вполне по зубам даже бронебойным патронам винтовочного калибра 7,62 мм! Если бы они ещё имелись в дисках к трофейному ДП-27… Но нашим пулеметчикам хватит целей и в грузовиках.

Негромко вскрикнула «пустельга» — майор осназа подал условный сигнал, всерьёз нацелившись на колонну. В принципе, оно и понятно — более удобную цель мы уже вряд ли встретим… Разве что дождемся, когда окажемся в глубоком тылу врага! И американцы с англичанами будут разъезжать на одиночно следующих грузовиках или БТР… Главное, что в колонне из трех десятков машин (навскидку) нет танков.

А что мы усиленным отделением планируем атаковать батальон мотопехоты — так нам её не уничтожить требуется, а задержать да потрепать покрепче…

— Юонг, приготовились… Дистанция 300, возвышение 60, веха пять… Вправо 5 градусов… Ждём.

Второй номер тотчас вложил мину в ствол двухдюймовки; для удобства прицеливания мы прямо на земле начертили номера «вех». Но сам я никак не могу отделаться от привычки называть дистанцию и возвышение — несмотря на то, что миномёт итак под них пристрелян… Я дал ориентир по крайней справа «вехе»: думаю, нам стоит ударить по колонне ближе к ее хвосту. В то время как пулеметчики и бронебойщики обстреляют голову…

— Ну, Паша, твой выход!

Я припал к смотровой щели всем телом, убрав бинокль — вдруг оптика бликанет? Между тем, «Грейхаунд» уже практически поравнялся с засадой. Вот он проехал позицию Джису и Бёма… А секунд тридцать спустя броник миновал уже и минометную ячейку, приближаясь к голове засады и расчёту Павла… Я нервно сглотнул, ощущая при этом, как сильно забилось сердце в груди — но осназ молчит, позволяя броневику проехать ещё чуть вперёд. Кормовая броня «Грейхаунда» совсем слабая, его действительно можно отпустить чуть подальше… В рассчете, что большая часть британской колонны втянется в ловушку.

Главное, чтобы Гольтяев не промахнулся, не позволил экипажу «Грейхаунда» вступить в бой…

Гулкий выстрел ПТРС грохнул неожиданно — пусть даже я его и ждал. И тотчас сердце моё ударило с перебоем, а в груди все сдавило… Первый зелёный «светлячок» трассера ударил под задние колеса броневика, не навредив машине! Но гулко хлопнули подряд ещё два выстрела — у противотанкового ружья Симонова полуавтоматический режим огня.

На сей раз оба «светлячка» зацепили машину; один ударил хоть и с превышением, но зацепил стрелка, уже разворачивающего пулеметную турель. Бронебойно-зажигательная пуля поразила солдата в плечо, но шансов у него практически нет — слишком страшные раны оставляет калибр 14,5 мм… Такие не перебинтовать.

Второй «светлячок» ударил точно, порвав тонкую кормовую броню моторного отделения — и разом заглушил броневик. Из отверстия, оставленного крупнокалиберной пулей, тотчас потянул дымок — и экипаж принялся спешно покидать боевую машину, что в считанные секунды заволокло густым дымом. Благо, люков хватает… Но когда через башенный люк потянули раненого, последнего догнал рванувший изнутри тугой жгут пламени — а затем резко, ослепительно-ярко рвануло! Неожиданно мощный взрыв буквально разорвал «Грейхаунд» изнутри, подбросив башню высоко в воздух и разметав тела ещё двух солдат…