Вода капала с растительности… если эти медузоподобные штуки действительно были ею. Воздух был влажным от влажности, и Деву пришлось один раз остановиться и включить поток холодного воздуха, чтобы очистить оптические датчики своего искусственного тела.

Интенсивное освещение фильтровалось сверху из яркой линии света, прочерченной через зенит. Когда планетоид вращался вокруг этой светящейся оси, центробежная сила создавала гравитацию наружу-это-вниз; противоположная сторона этого вывернутого наизнанку мира была распростерта как изогнутая карта по небу за пределами света, почти теряясь в дымке плотной атмосферы.

— Очень похоже на Данте, — заметил Дарен, когда они остановились на небольшой поляне. — Не так много диоксида серы, и CO2 ниже. Но температура примерно такая же, около сорока двух градусов.

— Думаю, мы можем предположить, что это соответствует их домашней среде, — сказала Таки.

— Если эти люди путешествовали долгое время с досветовой скоростью, — предположил Дев, — возможно, они просто взяли свой мир с собой.

— Всё равно был изначальный родной мир, — сказал Дарен. — Где-то. Но они построили бы эту колонию, чтобы соответствовать их…

— Осторожно, все, — сказала Таки. — За нами наблюдают.

Всенаправленное зрение Дева уже уловило движение, когда что-то скользнуло по воздуху на поляну. Его первое впечатление было о очень крупном насекомом, что-то вроде осы, что-то вроде стрекозы, с многочисленными чертами и деталями, совершенно непохожими на то и другое. Размах крыльев, насколько Дев мог определить, когда крылья сократились до почти невидимого размытого пятна, был почти целый метр, в то время как тело существа было толщиной с человеческую руку и почти в два раза длиннее. Пара отверстий, похожих на влажные рты, пульсировала по обеим сторонам удлиненной головы прямо под парой выпуклых, драгоценно граненых глаз. Дев подумал, что эти рты, должно быть, были частью дыхательного аппарата существа, глотающего большие объемы воздуха для питания яростного биения этих крыльев. На Земле насекомые были ограничены в том, насколько большими они могли вырасти, тем фактом, что они использовали дыхальца для дыхания, а не легкие. Более высокая концентрация кислорода в этом месте в сочетании с вероятностью того, что это существо обладало чем-то вроде легких, объясняло, как “насекомые” могли достигать такого размера; Дев читал, что атмосфера Земли во время карбона достигала тридцати пяти процентов кислорода, позволяя эволюционировать стрекозам с размахом крыльев в полметра.

Голова существа прикреплялась к телу между этими огромными глазами; гладкий и слегка закругленный гребень выдавался назад от этого, однако, так что вся голова была больше, чем три человеческих кулака, сложенных вместе. Вместо ног группа тонких усиков нервно подергивалась под глазами, но Дев не мог сказать, были ли они частями рта, сенсорными органами, манипуляторами или всеми тремя сразу. Брюшко, опять же, длинное и тонкое, как у стрекозы, было гибким, сужающимся и плотно свернутым; когда хубот Дарена слегка двинулся, парящее существо отплыло назад на полметра, и брюшко развернулось, а затем снова свернулось во вспышке, демонстрируя удивительную точность силы и контроля. Манипулятивный орган какого-то рода, как щупальце или рука?

— Это один из наших хозяев? — вслух задалась вопросом Таки. — Или часть местной фауны?

— Один из наших хозяев, я думаю, — ответил Дев. — В закрытой, строго контролируемой среде, как эта, я сомневаюсь, что дикая природа свободно бродит вокруг.

— Откуда ты знаешь? — резко сказал Дарен. — Это может быть эквивалентом домашнего питомца. Или генетически адаптированным, бродячим глазом. Или…

Что-то двинулось впереди, шелест в затененном подлеске. Растительность расступилась, и другое существо вышло на поляну. На этот раз, по крайней мере в представлении Дева, не было сомнений, что это был один из Гр’так.

Один? Или больше? Основное тело существа было легко четыре метра в высоту, масса серо-коричневой плоти, возвышающаяся над тремя человеческими машинами. За пределами первоначального впечатления о массивности и массе, однако, сначала было трудно уловить детали структуры существа, так мало оно походило на что-либо в опыте Дева. Оно было довольно простым в своем общем дизайне, массивно большое и мясистое основание, напоминающее ногу конха или другого морского головоногого, поднимающееся в толстой и мускулистой колонне плоти и мышц, которая резко изгибалась на вершине, затем опускалась к меньшей, второй ноге на передней части тела, которая, казалось, включала голову как часть своей структуры. Голова росла вперед из переднего края второй ноги, странно бугристый и морщинистый серый овоид, украшенный усиками, ресничками и призматическими поверхностями, которые могли быть различными сенсорными органами или манипулятивными придатками или и тем, и другим. Движение этого существа, когда оно протискивалось на поляну, было почти комически похоже на движение земной гусеницы-землемера; голова-нога выдвигалась вперед в двухметровом шаге, затем цеплялась за землю, пока более массивная хвостовая нога скользила за ней на мощных мышечных сокращениях.

Существо носило своего рода одежду, ярко-розовую юбку с богатыми фиолетовыми и зелеными украшениями, выполненными в сверкающих полосах и спиралях в материале, открытую сверху и снизу и опоясывающую изогнутое тело, оставляя обе ноги и верхнюю часть арки обнаженными. Единственным другим украшением была сверкающая, латунного цвета пластина или брошь, которая, казалось, была встроена в толстую шкуру существа прямо над и позади головы-ноги.

Верхнее отверстие юбки существа обнажало три метровых объекта, плоских, черных и сверкающих влажным блеском, прилепившихся к верхушке арки. Сначала Дев принял их за какие-то внешние органы на теле существа, но затем один освободил свою хватку на том, что Дев принял за его ведущий конец, и слепо ищущий, круглый рот зиял на мгновение перед тем, как снова прикрепиться к своему большому носителю. Эти три черные формы, значит, были тройкой блестящих существ, похожих на огромных пиявок, прикрепленных к дорсальной поверхности более крупного существа, двое ехали бок о бок, а третий слегка впереди и перекрывая двух других. Верхние стороны этих наездников были покрыты полудюжиной кратеров размером с кулак, которые, казалось, были источником влаги, покрывающей их; серый и тонкий, разветвленный нарост вырастал более чем на метр из толстой кожи более крупного существа под ними, хотя к какому организму эта структура принадлежала, если вообще к какому-либо, Дев честно не мог сказать.

У Дева сразу сложилось впечатление о нескольких существах, работающих вместе, большое, арочное тело, на котором ехали три пиявки, точно так же, как Рисс ехал на шестиногом Дал. Этот союз предполагал, что Гр’так был не межзвездной федерацией в конце концов, а эволюционным соединением нескольких разумных видов. Парящее насекомое, заметил Дев, определенно было частью этого сверхорганизма или, по крайней мере, разделяло с ним тесный симбиоз. Когда он наблюдал с увлечением, летун внезапно метнулся обратно к более крупному существу, сложил свои крылья и исчез в одной из дыр в одном из наездников-пиявок с рябью блестящей черной плоти, отмечающей его движение под кожей, в то время как другой, по-видимому, идентичный летун выполз из другой дыры и взлетел с мягким шипением вибрирующих, прозрачных мембран. Дев вспомнил о разведывательных боевых летунах, поддерживающих постоянное КБП вокруг своего авианосца, служащих, возможно, как раннее предупреждение о приближающейся опасности, а также как мобильное расширение глаз и других сенсорных органов.