— Привет, Семён! — Спокойно улыбнулся ему я. — Чего хочешь?

— Мы с тобой в прошлый раз не договорили, — нависая надо мной как скала, угрожающе процедил он.

— Так всё уже понятно, о чём нам разговаривать? — С недоумением развёл я руками. — Верочка явно предпочла меня, такому красивому и мужественному парню, как ты. И если даже ты набьёшь мне сейчас морду, это уже не изменит её решения. В этом случае, сам смысл мордобития уже теряется.

— Да мне сейчас уже пофиг на эту шалаву, пусть она трется хоть с тобой, хоть ещё с кем, — презрительно сплюнул в сторону Семён. — Думаешь, что она такая вся чистенькая, и только тебе одному давала?

— Семён, ну вот зря ты так, — брезгливо поморщился я. — При чём тут это. Если ты хочешь со мной говорить, давай говорить, Веру нетрожь, как-то не по-мужски это.

— Что, задело? — Глумливо ухмыльнулся электрик. — Я тебе правду сейчас говорю. Она, пока ты у нас не появился, с сантехником Мишкой Караваевым во всю шашни крутила. А до него ещё с кем-то. Мишка как раз уволился перед тем, как ты дворником к нам в ЖЭК устроился, а тут появился ты студент, и она сразу же на тебя переключилась.

— Вот веришь, Семён, мне это вообще не интересно. Меня вполне устраивает, что Верочка сейчас общается только со мной. — Равнодушно пожал плечами я. — Лично от меня-то тебе чего сейчас надо?

— Хлебало тебе хочу набить, — жестко сказал мне Семён, давя меня суровым нордическим взглядом истинного арийца

— Семён, ну на хрена это тебе нужно? — Я немного понизил голос и придвинулся к нему. — Верку мы с тобой уже не делим, ты сам сейчас сказал, что тебе на неё пофиг. Ведь так же?

— Ну так, и че? — Как-то неуверенно кивнул электрик после недолгого раздумья.

— Да вот что. Ты же нормальный взрослый мужик и хороший боксёр к тому же, а я вчерашний школьник и вообще сопляк. Не улавливаешь весь комизм ситуации? Вот много тебе будет почёта, если сейчас ты мне по шее накостыляешь? Ты ещё к пацану из детсада привяжись, а потом гордись своей победой.

— Да я не поэтому, ты просто борзо себя ведёшь, старших не уважаешь, — не нашёлся, что ещё сказать Семён. — Вот и тогда ты меня в снег киданул, потом душил, ещё и руку обещал сломать.

— Семён, так я же это всё от испуга. Вспомни, ты же сам меня чуть не пришиб тогда. Может, я и сказал чего лишнего, но и ты на меня буром пёр, а что мне в таком случае было делать? — Кинул я ему леща.

— Ну так то да, — почесал затылок Семён, признавая, что и он тогда погорячился.

— Так может разойдёмся краями? — предложил я, увидев проблески сомнения в прежде холодном нордическом взгляде электрика. — Мы ведь с тобой в одном ЖЭКе работаем, коллеги вроде. Я тебе не враг, и ты мне тоже. Ну вот ты сам прикинь, будем мы с тобой сейчас кулаками тут махать как сопливая пацанва за школой, а если до Виктора Семёновича дойдёт или милицию кто вызовет? Нам с тобой в лучшем случае по выговору влепят и премии лишат, а так, чисто по приколу можем и на пятнадцать суток оба загреметь. А оно нам с тобой надо?

— Ладно, студент, живи, хрен с тобой, — немного подумав, сказал Семён и, засунув руки в карманы, пошёл от меня прочь.

Вот и хорошо. Лучший бой — это бой, который не состоялся. Семён, видать, поостыл после нашей первой стычки и теперь с ним хоть разговаривать было можно, апеллируя к его здравому смыслу. Он ведь далеко не дурак и не шпана подзаборная. Ему, конечно, обидно, что Верочка меня выделила, а не его. И ещё сильнее обидно, что я его тогда немного в снегу повалял. Но не настолько, чтобы у него ум за разум зашёл. А мне, с тем активным интересом, который сейчас наблюдается вокруг моей персоны, только драки до кучи сейчас не хватало.

Я не сомневался в своей возможности справиться со своим противником, бывало и не с такими агрессорами справлялся. Но никаких положительных моментов для меня это не несло, а проблем можно было огрести немало. Семён, даже после хороших трендюлей, мог бы не угомониться и исподтишка пытаться устроить мне какую-нибудь гадость. Ждать постоянно подлянки с его стороны мне было бы весьма неуютно. Да и сама драка могла бы привести к неприятным последствиям: от его или моей травмы до обоюдного попадания в милицию. И тогда всё бы пошло поехало… А так, даже худой мир всегда лучше доброй ссоры.

— Привет, деда! — Вика, румяная с мороза, зашла в хорошо прогретую, обшитую вагонкой комнату, сплошь заставленную стеллажами с книгами. — Как же хорошо у вас на даче зимой!

Виктор Петрович сидел на большом кожаном диване и, положив обутые в мягкие тапочки ноги на пушистый пуфик, увлечённо читал свежий номер «Роман-газеты». Увидев внучку, он отложил журнал в сторону и легко встал с дивана, подходя к девушке и подставляя ей свою гладко выбритую щеку для поцелуя.