— Сеньор Иньиго? С вами всё в порядке?

— Благодаря сеньору Педро, в полном, — пробурчал я и Борха отклонился, с улыбкой посмотрев на меня.

— Вы отбили атаку? — поинтересовался он у Бернарда.

— Подоспели ваши охранники из дворца сеньор, так что они добивают тех, кто не успел убежать, — ответил ему швейцарец, — нам повезло, что кто-то увидел нападавших раньше, а то бы нас попросту изрешетили болтами при проезде опасного места.

— Я видел, это был всадник, ехавший справа от повозки, — кивнул я, — я бы хотел увидеть его и наградить.

— Как только доберёмся до безопасного места, сеньор Иньиго, — сеньор Педро был крайне серьёзен, — а поскольку людей, кто мог это сделать в Валенсии не сильно много, мы быстро разберёмся с теми, кто их нанял.

— Всё было организовано явно в спешке, — согласился с ним швейцарец, — иначе у нас было бы мало шансов пережить эту атаку.

— Не волнуйтесь сеньор Иньиго, я разберусь, у кого это хватило ума нападать на меня, в моём же городе, — спокойно заверил меня сеньор Педро, но таким голосом, что я не позавидовал организатором нападения.

Педро де Борха сдержал слово, но, к сожалению, только в части исполнителей, поиск же заказчиков нападения не принёс никаких результатов. Несколько нападавших было взято в плен, языки им быстро развязали. Они указали на каких-то христиан, которые уже уехали из города, на этом след заказчиков оборвался, но ни у меня, ни у него не было сомнений в том, что если эти христиане и были, то только подставные, поскольку единственные, кто был заинтересован в нашей смерти, были вовсе не они.

Он об этом мне сообщил на третий день поисков, когда город от покушения стоял на ушах, а я задумчиво ему сказал, как жаль, что это случилось не в Аликанте.

— В любом случае я продолжу поиски, — вздохнул Борха, — пока они не сделали ещё одну попытку.

— Это ваш город и ваши правила, сеньор Педро, — развёл я руками, — я не буду вмешиваться.

— Благодарю за понимание, сеньор Иньиго, — кивнул он и вышел из моей комнаты.

Не забыв наградить человека, который нас спас, заметив и предупредив всех звуком сигнального горна, оставшиеся дни в городе я мало куда выезжал, поскольку велись поиски убийц, но я видел, что результатов они всё равно не принесут. Единственная встреча, которая у меня была случилась с Фараджем Белвисом. Его пригласили во дворец, когда он пришёл сам и я встретил его в своей комнате.

— Сеньор Иньиго, — низко поклонился мне мудехар, — пришёл засвидетельствовать вам своё почтение и заверить, что мудехары непричастны к этому покушению.

— Почему я должен верить тебе Фарадж? — удивился я, — вы пострадали ровно так же, как и иудеи, и если конкретно ты может и не причастен, то остальные…

Я пожал плечами.

— Могу назвать рода, которые заверили меня в полной лояльности к вам, — решил он поторговаться.

— Хорошо, назови их, чтобы я имел в виду, — согласился я.

Он быстро перечислил три рода, один из них был его, и почтительно замер.

— Что-то ещё? — поинтересовался я у него.

— Вам ещё нужны капитаны? — поинтересовался он у меня.

— Боюсь Фарадж, что пока мне стало не до моря, — ответил я ему честно, ведь сеньор Аймоне, вернётся ещё не скоро со своей поездке до Родоса и обратно, так что тут я нисколько не лукавил.

— Тогда не буду больше вас отвлекать, сеньор Иньиго, — он, поняв, что говорить нам больше и правда не о чем, поклонился и вышел.

22 августа 1457 A . D . , Аликанте, королевство Арагон

Я не хотел, чтобы моё прибытие как-то отмечали, но, к сожалению, новости о том, что граф де Мендоса вернулся в город, словно лесной пожар облетели окрестности и я даже не успел ступить на землю и попрощаться с капитаном, который с большим сожалением простился с нами, как толпы народа радостно выкрикивая моё имя, стали стекаться к пристани.

— Сеньор Иньиго, — Алонсо показал на толпы людей, — вам нужно что-то сказать.

Я тяжело вздохнул и показал ему поднять меня на руках выше и посадить на крышу повозки. Не броневик, но всё же.

— Добрые жители Аликанте, добрые христиане! — повысил я своей не слишком звучный голос, — я с радостью и благоговением возвращаюсь в наш любимый город из дальней поездки, везя с собой слово нашего уважаемого короля о том, что он доволен и горд тем, что вы его поданные. Его высочество весьма высоко оценил ваш вклад в развитие нашего замечательного города, так что его преосвященство Аусиас Деспуч останется нашим епископом, даже после отъезда инфанта. Я знаю, как мне и вам он полюбился за свой труд и энергию в деле служения господу Богу.