Только вот нам с Настей что делать? Как вариант, тоже жениться. Ну а что? У отца дочь запрыгнула почти на трон, сыну можно и послабление сделать. Тем более что можно наплести про обновление крови, приведя в пример дядюшку Фёдора и самого Дениску.

Я посмотрел на Ольгу, которая демонстративно щёлкнула пальцами, разминая их, и показал ей кулак. Хоть она и Великой княгиней стала пару часов назад, но мне она сестрой быть не прекратила и вполне может огрести чисто братских… хм… В общем, огрести. Она хмыкнула, но руки опустила. Я же смотрел на её муженька. Мне его высказывание про распоряжение понравилось. Что, так можно было, что ли? Я хоть не цесаревич, но тоже не хрен с горы.

— Я надеюсь, что в течение часа нормальную кровать доставят графу Давыдову, потому что-то, что я увидел в его доме, никак не ассоциируется у меня с понятием «кровать». И новый диван, да, — поймав мой красноречивый взгляд, Дмитрий усмехнулся и добавил его в список требований, вероятно, чисто по-«братски». — Очень хорошо, я передам Денису Викторовичу, что через час кровать и диван у него будут, — холодно проговорил Дмитрий и повесил трубку, после чего повернулся ко мне. — Ну вот, через час привезут мебель, а потом я подумаю, что нужно будет ещё доставить.

— Иди ложись на диван, — я подошёл к нему, — или наверх поднимайся. Не будешь же ты час на ногах стоять. Так ты снова в больничку поедешь. Там и койка знакомая, уже под все твои выпуклости деформированная, — я вопросительно посмотрел на Настю, и та кивнула. — Даже не думай, казённое имущество я тебе не отдам даже на время.

— Да, ваше высочество, вам лучше подняться. Если вы хотите, чтобы те, кто доставит кровать, думали, что она всё-таки для Дениса, а не для вас, — твёрдо сказал девушка, подходя к нему, но останавливаясь в паре шагов.

— Я обычно не приветствую панибратства, — медленно проговорил Дмитрий, глядя на Настю, — но в данном случае, всё же будет уместно обращаться друг к другу по имени.

— Я не… — Настя растерянно повернулась ко мне.

— Пользуйся случаем, — я криво усмехнулся. — У тебя появляется уникальный шанс убраться отсюда, как только его высочество окончательно поправится в физическом и магическом плане и сможет самостоятельно защитить себя и молодую жену.

— Я подумаю, — тихо ответила Настя.

— Подумай, а тебе всё-таки желательно подняться и лечь, — я повернулся к Дмитрию. — Уж один раз ты сможешь преодолеть эту жуть, названную по недоразумению лестницей. Заодно проверим, не пострадал ли у тебя вестибулярный аппарат, потому что я всё ещё не уверен, что ты не ударился обо что-нибудь головой, — и я весьма выразительно посмотрел на Ольгу. Теперь сестра украдкой показала мне кулак. Правильно, за счастье надо бороться, иначе оно будет пресным.

Телефонный звонок заставил всех нас вздрогнуть. Я возвёл взгляд к потолку и медленно сосчитал до десяти, после чего прошёл мимо Дмитрия и взял трубку.

— Давыдов. Что у вас? — проговорил я устало.

— У нас какая-то странная аритмия, Денис Викторович, — прозвучал в трубке голос Саши.

— Опять? — я почувствовал, как теперь уже моё сердце на мгновение замерло и ухнуло куда-то в живот.

— Нет, здесь что-то другое, — голос Саши звучал сосредоточенно. — Я не могу объяснить, а сам пациент говорит, что у него вчера болел живот, и, собственно, всё на этом.

— Если у него вчера болел живот, то зачем он тебя сегодня вызвал? — я потёр лоб.

— Понятия не имею, но живот вроде бы спокойный, а вот с сердцем чёрт знает что творится.

— Высылай машину, — я уже понял, что надо смотреть, что там с пациентом, потому что по телефону обругать можно, а вот отлюбить никак нельзя.

— Так я выслал, Димка уже должен подъезжать, — ответил Саша, и я опустил трубку на аппарат.

— Денис, — тихо сказала Настя. Я поднял взгляд, а она указала на мой значок. Опустив глаза, я увидел, что он полыхает зелёным. Что за…

— Так, я побежал. Похоже, у пациента аритмия куда хуже, чем предположил Саша, — и я выбежал из дома, сразу же направляясь к подъехавшей машине. Нужно было торопиться, потому что значок продолжал гореть зелёным огнём, и это могло означать только одно: дело плохо.

— Но почему это должен сделать Велиал? — Асмодей поднялся с кресла, опираясь на столешницу обеими ладонями. Разговор с Люцифером явно шёл не по накатанному сценарию, и что такое субординация все, мягко говоря, уже давно забыли.

— Потому что свой шанс ты благополучно просрал! — не остался в долгу Люцифер, тоже вскакивая со своего места. То, что происходило сейчас в кабинете Асмодея, невозможно было назвать обычным совещанием. После встречи с Гавриилом и его крылатой командой настроение у всей верхушки Адской канцелярии было не слишком радужным.