— Вот! Давай еще раз угадаю. Бижутерия и трусики принадлежат убитым девушкам. Правда?

— Правда, правда! — прошипел он сквозь скрежет зубов.

— Вот! Сначала, я было подумал, что это трофеи, которые вы коллекционируете. А сейчас понял, нет, это не то. По уму, нужно было бы от них избавиться сразу, чтобы не оставлять следов…

— Тебе бы детективы писать! — усмехнулся маньяк.

— Еще напишу. Не переживай. Жаль, тебе их уже не прочесть. Так вот, ты предпочел оставить улики, чтобы сразу навести милицию на «верный» след. И тогда на этих, убитых тобою дураков, повесят все убийства, а ты вообще не причем. Кристально чистенький, словно слеза младенца. А потом ты нашел бы себе новых исполнителей. Верно? — спросил Саша, наверняка зная точный ответ. При этих словах, внимательно слушавшие всю беседу подельники, стали смотреть на своего главаря с открытой ненавистью. — А скажи, бутылки в промежности девушек ты зачем пихаешь?

— Ты и это знаешь? — с ненавистью глядя на своих подельников, прохрипел Принц.

— Я все знаю, но не все еще понял. Отвечай, ублюдок. Ты просто садист и извращенец или это ваш фирменный знак? — уточнил юноша.

— Не твое собачье дело, — прошипел главарь.

— Тут ты ошибаешься, — задумчиво хмыкнул Саша, — очень даже мое.

— Это почему же? — удивился Принц.

— Ну как почему, — медленно, специально растягивая слова, произнес юноша. — Как сказано в фильме «Бриллиантовая рука»… Ой, не помню когда он точно вышел. Может не смотрели еще. Так вот, как сказал там один герой: «В нашем деле главное, как это… реализм!»

— Реализм? О чем ты? — спросил внук члена Политбюро с опаской.

— Скоро узнаете. А теперь ответь мне на последний вопрос. Почему Катя?

— Да сдалась мне твоя шл… жена, — вовремя поправил себя Принц. — Без обид только. У нее: ни кожи, ни рожи. Вон… даже Юлька куда симпатичнее, чем она. Что ты только в ней нашел?

— Ты все равно не поймешь, что именно я в ней нашел, — ответил Саша. — Тогда вопрос тот же: Почему?

— Так это все Юлька виновата! — оживился главарь найдя повод свалить всю вину на другого. — Она пристала ко мне: давай накажем Катьку, давай ей покажем ее место!

— А ты что так сразу и согласился? Ты не похож на человека, который пляшет под чью-то дудку!

— Это верно! — с досадой ответил тот. — Хватило послушать ее один раз и вот что вышло!

— Тогда почему?

— Она мне сказала, что залетела от меня! И хотела, чтобы я на ней женился! А оно мне надо? Жениться на такой стерве да еще по залету! Кто знает, от кого она вообще беременна! Я ей говорю, сделай аборт, у меня и врачиха есть знакомая. Она всех моих залетевших девок абортирует. А эта уперлась, тварь, женись и все!

В это время со стороны кровати, где лежала разложенная и связанная Юля, раздалось возмущенное мычание девушки. Оказалось, она давно уже пришла в себя и все слышала, а теперь, яростно вращая глазами, извивалась всем телом, пытаясь освободиться. Не обращая внимание на нее, Принц продолжил свой рассказ:

— Она стала мне грозить, якобы, не посмотрит, что я внук члена Политбюро. У нее ведь папа сам скоро генералом милиции станет. Я ее уже хотел саму к этим девкам в овраг определить, как вдруг она говорит. Хорошо, я сделаю аборт, но ты должен соблазнить и поиметь одну девку, с нашего института. И показала на твою жену. Я вот честно не хотел. Это вообще не мой типаж! Маленькая да щуплая, даже ухватить не за что! Но пришлось согласиться. Думал управляюсь за неделю. А она вдруг уперлась, отстаньте от меня и все такое. Тут уже я разозлился! Как! Чтобы мне отказали! И кто? Ладно была бы красавица, а то какая-то простушка! А дальше было дело принципа. Еще и Юлька стала смеяться надо мной!

— В смысле? — морща лоб, Саша напряженно сощурил глаза.

— Ну как! Я ведь неотразимый! — самодовольно усмехнулся Принц. — Никто мне не отказывал: ни балерины Большого Театра, ни актрисы кино и театров, ни даже гимнастки! Между нами, — он заговорщически понизил голос. — Они такие позы могут принимать, закачаешься. А тут такой облом. И с кем. С какой-то куриц… в смысле, обычной девчонкой. Ну я и решил, не хочет добром, будет по-другому. Я тебя все равно отдеру! Соплюха такая. А тут мне Юлька план предложила. Чтобы мы твою жену похитили, развлеклись с ней по полной, чтобы знала свое место!

— А потом? — напряженно спросил юноша, внимательно слушая откровения главаря преступной банды.

— Потом что? — не понял Принц.

— Что вы собирались с ней сделать после того, как развлеклись бы?

— Ну-у мы… — Принц вдруг стушевался, путаясь в словах, потом вдруг вновь оживился, — отпустили бы! Вот честное слово! Я бы ее даже в город отвез!

— Да неужели? — усмехнулся Саша. — А если бы она заявила в милицию?

— Кто бы ей поверил? — отмахнулся убийца, почуяв, что появилась возможность выкрутиться. — Мы бы сказали, что она напилась, сама поехала с нами, и все было по взаимному согласию! Со связями моего деда и Юлькиного отца, ничего бы у нее не вышло. Только опозорилась бы на всю Москву!

— Ты в этом точно уверен?

— Конечно! — часто кивая головой, ответил главарь. — Не первый раз! Помню, как-то отодрал я дочку министра одной из союзных республик. Представь, она еще девственницей была. Никакого удовольствие не получил. Вопли, визги, кровь. Исцарапала меня всего… сучка. Ну она в милицию и побежала. Отец ее приехал, грозил мне.

— И что?

— Что, что, — усмехнулся Принц, — папашу ее из партии выгнали, с работы турнули, за то, что он плохо воспитывал свою дочь, и что она через постель хотела карьеру себе сделать. Еще и шантажировала честных людей.