Шрифт:
– А из чего ты тех хмырей пристрелила?- спрашивает с усмешкой старшина.
– Из нагана, что у мёртвого милиционера взяла, я портфель его сохранила. Я так понимаю у кого портфель, у того и наган, чтоб портфель защищать. И бойцам, что нас сейчас на прицеле держат, отбой дайте.- говорю я хихикая.
– Товарищ лейтенант госбезопасности, знаю я вроде эту болтушку. Я от управления ездил зачёты на стрелка принимать. Так стреляет она любо дорого.- говорит старшина.
– Никитин, к ним на мотоцикл и дуйте к штабу, там разберёмся.- приказывает лейтенант.
Из кустов выходит парень с ППШ или ППД, не помню внешней разницы. И собирается сесть в коляску.
– Ходок за три моря, ты куда зад мостишь, за братом садись. Ты сопровождающий или турист на экскурсии?- говорю я подталкивая его в указанном направлении.
– Никитин, она тебя правильно сажает. Ты у меня правила сопровождения наизусть учить будешь, это тебе не в конвойных войсках быть.- ворчит старшина.
Шлагбаум поднят и мы проезжаем. Ехали мы какой то запутанной дорогой и когда приехали, лейтенант и старшина уже стояли у конторы склада, рядом крутились бойцы.
– Никитин, тебе Сусанин не родственник? Ты чего по лесу кружил, бензин жёг, где я ещё немецкий бензин возьму? На твои маршруты, немцы бензину не напасутся.- вылезая из коляски ворчу я под гогот бойцов.
Встаю и скинув немецкий мундир прилаживаю ремень с кобурой на платье.
– А вы чего лыбу давите, дел нет так я сейчас озадачу. Почему позиции не оборудованы и не замаскированы? Вы на войне или на танцульках. Или вы думаете, что я одна всех немцев поубивать должна?- рычу я на бойцов, чем вызываю новый гогот.
Из их толпы выходит здоровяк, подходит к мотоциклу и осматривает мундиры и каски. Больше времени он уделил каске с первого немца.
– У тебя в нагане патрон 38 года?- спрашивает он.
Подхожу и вытаскиваю наган и смотрю на донышко.
Глава 2
– 37-го. А есть разница?- смотрю я на него.
– Под срез каски стреляла, у 37-го года патронов порох чуть другой, пуля башку насквозь прошла и на затылке вышла. Другого года затылок разнесла б, а эта чисто вышла, вом метка на каске.- показал он.
– Чего мозги с 38-м полоскал? Мне что 1937 что 1899, в немчуре дырки делает и ладно.- говорю я.
– Ладно, истребительница, пошли в штаб, поговорим и решим, что с вами делать.- доставая из багажника наши вещи и неся их одной рукой, ведёт нас в контору.
В штабе я вытаскиваю портфель мёртвого милиционера. Старшина и здоровый изучают дела.
– Дела подлинные и их. Нафига их в Минск потащили не знаю, но похоже это коллеги прикрывали, что то. По тому делу Брестские работали. Ребята вряд ли, что знают. Может опознать кого должны были или в нашу школу отправить хотели.- говорит капитан.
Неожиданно переходит на немецкий обращаясь Вадиму.
– Сестра всегда такая болтушка?- спрашивает он.
– Так она же девушка, а они все болтушки.- отвечает Вадим.
– У вас отличный немецкий и чистое баварское произношение.- говорит он по польски.
– Благодарю вас, господин офицер.- отвечает брат.
– Варшавский выговор. Парня поднатаскать и хоть завтра забрасывать можно.- говорит здоровый.
– Похоже, им же и легенду лепить не надо. Дети офицера и дворянина, организовать шум в газете и переправить ребят. Он резидент, девочка спец по силовым операциям.- соглашается лейтенант.
– Точно, в Минске как раз человек от Фитина был. Мол какие то бумаги по бывшим агентам искал. Так вот они бумаги сидят и глаза удивлённо пучат. Ты за пистолет то не хватайся, а то стрельнет.- говорит здоровяк.
– А ты думаешь ТТ газетой накрыл и не видно.- говорю я.
– Так, давай разряжаем и посмотрим.- предлагает здоровый и вынув ТТ извлекает обойму и выщёлкивает патрон.
Я делаю тоже самое с немецким, револьвер лежит на столе, они номер сверяли.
– Так, что же с ними делать?- спрашивает старшина.
– Придётся оформлять, как привлечённых специалистов. Иначе по возрасту нельзя.- кивает лейтенант.
Я сижу и качаюсь на стуле, Вадим сидит и ничего не понимает.
– Не качайся, стул сломаешь или упадёшь.- говорит строго старшина.
Я как бы неудачно качнулась, на его словах, бью ногой по столу заставляя тот чуть подпрыгнуть. Они инстинктивно скашивают взгляд на револьвер, что подпрыгнул. Я в падение выхватываю пистолет и три раза щёлкаю курком.
– Быстрая как ласка. Убила она нас только что. Значит Вадима оформляем переводчиком, а эту Ласку агентом.- говорит здоровый.