— Для начала — хочу осмотреться и понять, — ответил я.

— Одобряю. Ладно, если хочешь — могу тебе рассказать о том, что и как у нас в Старом Лагере. Едят все, я тебе говорил, — подмигнул здоровяк. — Но не просто так.

— Денег нет. Но вы держитесь, — поскучнел я.

— Да откуда у тебя руда, у новичка, — аж заблеял Снафф от смеха, что было довольно забавно. — Да и не особо она мне нужна, — понизил он голос, вызвав довольно сильный интерес.

Ну в смысле, руда — вроде как деньги в пределах рудниковой долины. И “не особо нужны” — это как-то… ОЧЕНЬ нетипично. И на психа Снафф не похож.

— Если принесёшь мне кое-каких трав, или мясных жуков, или мясо кротокрыса — я не только расскажу тебе про лагерь, но и буду кормить не этим… — страдальчески сморщился он, смотря на большой котёл.

— Окорок падальщика подойдёт? — деловито уточнил я.

— Не вздумай, пар… хотя… Ты — охотник? — пригляделся он ко мне.

— Так подойдёт?

— Само собой! Не такое вонючее, как у кротокрысов. Только Вельруф, падальщике в Минентале сильнее и опаснее…

— Угу, — поставив миску направился я от повара.

— Удачи тебе, Вельруф! — послышалось в спину.

А я зашёл в закуток между хижинами и извлёк мясо из пространственного кармана. Секрет… ну такой, конечно. Но при этом извлекать из него вещи на глазах повара я находил не слишком уместным.

— Это… — принял Снафф две вырезки через минуту. — Знаешь, Вельруф, я НЕ ХОЧУ знать, где ты прятал это мясо, — опять заблеял-захихикал повар. — Но спасибо, мясо свежее, хорошее. И слушай…

И начал дядька, поджаривая, помешивая и вообще всячески готовя, посвящать меня в местные скорбные дела.

Рассказ Снаффа был, для начала, довольно “детским”, но после нескольких серьёзный вопросов повар задумался и стал рассказывать уже не в стиле: “это бука, а это хорошие”. Сам по себе он был довольно неглуп и словоохотлив, вдобавок оказался не “рудокопом”, а “призраком”, несмотря на внешность. Но это следовало из внутреннего устройства лагеря, с которым выходила такая петрушка:

Есть рудокопы, трудяги лагеря, которые, кстати, совершенно не обязательно копают руду. Лесорубы, уборщики (к моему удивлению, и такие в лагере были) и прочее подобное — всё это “рудокопы”.

А вот “призраки” — это специалисты. Впрочем, как и “воры” нового лагеря. Кузнец — призрак, Снафф — призрак, картограф в эту же призрачную когорту. Хотя основная задача категории “призрак”, всё же — этакая “лёгкая пехота” лагеря, как понятно. От рудокопов это гражданское отличается тем, что призрака никто не погонит в рудную шахту. Рудокопов вроде как бы тоже “никто не гонит”, вот только никто бесплатно и не кормит. И за проживание в Старом Лагере с рудокопа требуют руду: не дал руды, получи пинка. Не в доме ночью — получи пинка из Лагеря.

При этом, на Снаффе выходит пропитание практически всех призраков и рудокопов (последние приносят ему бумажку или что-то такое из шахты). Собственно, во время рассказа к нам подошло полтора десятка человек, от рудокопов до типов в кожано-кольчужном доспехе, отходя с мисками стряпни, правда, явно разной по качеству и наполнению.

И выходит: призрак обеспечивается в лагере жильём и пропитанием, самим фактом своей призрачности. Теоретически вообще ни черта может не делать, а на практике — плошка рагу от Снаффа и место где кинуть кости. Да и по шеям могут дать, или “извергнуть” из призрачного сословия: тот же Диего, известный по игрушке, как раз этим и занимался, будучи призрачным начальником.

Ну и стражники — этакая “гвардия”, чистые боевики, приносящие клятву Гомезу и военнообязанные товарищи. Получают от Гомеза всего и до хрена, но если, например, свалят или не подчинятся — дезертиры и враги лагеря. Тот же рудокоп спокойно может “свалить”, как и призрак… что большая редкость: уровень жизни в Старом лагере “немножко” повыше прочих лагерей.

При этом, Снафф рассказал про довольно занятную историю, а именно — возникновения Нового лагеря. Итак, появился барьер, корольку нужна руда, а Гомез, уже тогда рулящий заключёнными (и никаких лагерей, кроме Старого, не было, как понятно), распахивает хлеборезку на много всякого, требуя ещё больше. Его августейшество пробует “прикрутить крантик” поставок… И через месяц появляется Новый Лагерь. Обсепечивающий себя жратвой, выпивкой и каким-никаким снаряжением. Королёк связь с внутриборьерьем имел (через магов, как я думаю, хотя и не магическим способом), повизжал от вывернутых яйчишек — ему как бы наглядно продемонстрировали, что могут послать его в дали, просто не поставляя руду вообще и совершенно неверноподданно не подыхая с голоду. Но после визга всё устаканилось, Гомез стал получать кучу вкусняшек за руду… А вот явно профинансированные Гомезом новолагерцы в Старый лагерь не вернулись и в целом послали Гомеза и его рудных баронов. Подозреваю, потому что на эту группу вышли маги воды, оказавшие поддержку, ну да не суть.

Так вот, в этом Снафф разбирался прекрасно, потому что поставка зерна… была нелимитированной. Пшеница, рис, ещё какие-то злаки поставлялись в барьер центнерами и просто так, а за руду рассчитывались оружием, инструментами, женщинами и прочими полезными вещами.

Ну а в смысле структуры — понятно, что над стражами “бароны”, ближний круг Гомеза. И несколько в стороне — маги огня, которые вне структуры лагеря, но по весомости на уровне баронов. Меня в этом рассказе, кстати, заинтересовал сам Гомез: очень странный выходил этот кадр, владыка Старого лагеря. Не билась его личность, сроки и положение друг с другом, впрочем интерес праздный. Может, выясню, может — нет.