Следом за ними выехала спортивная пара, занявшая пятое место, — финальный выезд организаторы всё-таки решили сделать по возрастающей, от низших мест к высшим. Поприветствовав зрителей в центральном круге, парники разогнались к правому короткому борту, где исполнили двойную подкрутку. Удачно выполнив элемент, встали рядом с Хмельницкой, Соколовской и Малининой, пожали им руки и тоже начали аплодировать. В это время танцевальный дуэт, занявший пятое место, исполнил серию твиззлов в центре арены.

… Когда начался второй куплет, все фигуристы уже стояли у правого короткого борта. Последним выехал Гурманов. Разогнавшись, парень исполнил двойной аксель. Удачно приземлив, встал самым первым и во главе цепочки поехал вдоль арены, приветствуя зрителей. Фигуристы потянулись за ним. Милиция в этот раз почему-то никого не пустила с трибун, чтобы зрители подали руки фигуристам. Эта честь досталась только хоккейным мальчишкам, собиравшим подарки со льда, и которые сейчас стояли всей командой у борта, вытянув руки, которых касались руками фигуристы, проезжавшие мимо.

А зрители… Они стояли на трибунах, аплодировали, и наверное, только сейчас поняли, что ВСЁ. Закончился прекрасный праздник спорта, который дарил им непрерывные эмоции на протяжении пяти чудесных дней. И сейчас ВСЁ. Праздник окончен, фигуристы разъедутся кто куда, и в таком составе, как сейчас, больше нигде и никогда уже не соберутся. Финита ла комедиа! Это осознание у многих зрителей, а особенно зрительниц, вызывало слёзы. По арене снова пронеслись восхищённые крики и волны рук. Телекамеры крупным планом снимали зрителей, вытирающих слёзы, тут же фигуристов, аплодирующих и радостно улыбающихся.

Грустинка присутствовала и у спортсменов. Многие из них за эти дни успели подружиться, многие проводили свободное время вместе, а сейчас нужно будет разъезжаться по своим городам. И ещё неизвестно, встретятся ли они когда-либо ещё на одном льду. Для кого-то это был последний чемпионат. Заняв последние места, ребята поняли, что ничего им в спорте не светит, нужно заканчивать вовремя, пока ещё есть здоровье, и заняться чем-нибудь другим. Кое-кто из парников и танцоров подумывал о смене партнёров или партнёрш, разочаровавшись в результатах с текущими партнёрами. Кто-то на следующий год начинал выступать по взрослым, а кто-то, наоборот, решил, что стоит на сезон подзадержаться в юниорах, оценив будущие расклады и конкуренцию. Ясно было одно — в одну и ту же реку не войти дважды…

Сделав ровно один круг вдоль бортов, фигуристы растянулись в линию вдоль арены, потом сгруппировались в центральном круге, встав в несколько рядов. Тут же к ним, осторожно ступая туфлями по льду, вышли Шеховцов, Гончаров, Писеева, Тарасова, ещё несколько чиновников из Федерации. Примерно минуту, под руководством одного из фотографов, все расставлялись как надо, при этом Арина, Марина и Таня оказались в первом ряду.

На лёд вышли фотокорреспонденты и начали фотографировать. Следом Шеховцов скомандовал, чтоб на лёд вышли и тренеры. Кто вышел, а кто и нет, но фотография грозила получиться очень объёмной с таким множеством участников.

В это время композиция «Трава у дома» закончилась. Музыканты раскланялись и покинули лёд, получив небольшую толику внимания. Всё-таки главными героями здесь были не они, а те, кто сейчас стояли на льду. Тут же прямо в тему заиграла очень жалостная песня. Та, которая закрывала Олимпиаду в Москве в 1980-м году! Та, под которую отпускали большого медведя прямо над стадионом «Лужники».

Под эту песню фотокорреспонденты продолжили фотографировать спортсменов, тренеров и чиновников федерации. Вспышки мелькали одна за другой. Потом все собравшиеся ещё раз помахали зрителям и пошли со льда. Трибуны проводили их бурными овациями. Теперь, наверное, немного осталось зрителей, кого не проняла бы атмосфера, царящая на ледовой арене. Зрители не решались уходить с трибун, до последнего оттягивая расставание со сказкой, но всё-таки самые стойкие потянулись к выходу.

Шеховцов вышел первый, стоял у калитки и почти каждому спортсмену говорил:

— Ребята, не забываем, первенство не закончено, все в актовый зал.

Арина вышла со льда почти последняя. Грусти не было, наоборот, как и у каждого спортсмена в такой ситуации, присутствовала радость. Сбылось всё задуманное. Сделан ещё один крохотный шажок в направлении к Калгари-88. Теперь следовало переключаться на следующий этап спортивной карьеры — чемпионат мира среди юниоров, который наверняка получится ещё более сложным. Впрочем, о делах потом, сегодня — только веселье…

— Чё там будет на собрании? — с лёгким недовольством спросила Соколовская, которой никогда не нравился всякий официоз: собрания, пресс-конференции и прочие для неё неинтересные мероприятия.

— Может, расскажут про банкет? — робко предположила Арина, снимая коньки.

— Даааа… Про банкет! С водкой и шампанским! Держи карман шире! Шиш тебе! — рассмеялась Соколовская. — Я… требую продолжения банкета! Ха-ха-ха!

Однако банкет всё-таки был! Когда в актовом зале собрались все спортсмены и тренеры, слово взял Шеховцов. Кроме него, за председательским столом сидел только Гончаров.