— А что он там делал?

— Понятия не имею, но… Магомобиль у него черный. Не угловатая кибитка, как у некоторых, а так… Словно камень черный водой сточило. Морда вытянутая, колеса блестящие. Он как из машины вышел, так ему все кланяться давай. Даже городничий и тот спину гнул, — тут Федор с грустью вздохнул и произнес с придыханием: — Если бы я таким магом был, отец бы не смотрел бы на меня, как на пустое место.

— Скажешь тоже, — хмыкнула Сьюзи. — Такие маги из черни, как мы, не выходят.

— Кто сказал? — поджал губы Федор. — Черноволос не из аристократов, да и…

— Он из купеческого рода, — фыркнула Сьюзи. — Страшно представить, сколько его учеба стоила.

Федор нехотя кивнул и произнес:

— Но ежели талант есть, то тогда все равно должны в стихийные маги взять. А там уж…

Сьюзи задумчиво посмотрела на брата и спросила:

— Ты ведь не собираешься поступать в магический университет?

Федор хмуро глянул на девушку, затем шмыгнул носом и недовольно буркнул:

— А что если и да? Я может магом великим стану. Полноправным.

— Фе-е-е-е-едь! — протянула Сьюзи.

— Что?

— Только глупостей не делай, — наставительно произнесла девчонка. — Я за тебя волнуюсь!

Парень улыбнулся, потрепал ее по голове, взъерошив волосы, и произнес:

— Так подумать, про меня только ты, да мать твоя беспокоится, — хмыкнул Федор и потер ладонью грудь. — А остальным и дела нет. Что есть я, что нету.

— Отец тебя любит, — тихо ответила Сьюзи. — Да и Арсений тоже. Я иной раз на Кэт так накричу и обижусь, а чуть что- за нее. Сестра как никак.

Тут спутница взглянула на Федора и спросила:

— Ты чего? Бледный весь какой-то…

— Ничего, просто не ел с утра, и что-то прихватило…

— А ну, стой… — остановился его Сьюзи. — Точно все нормально?

— Нет… — осторожно ответил Федор. — Мутит меня почему-то…

— Ты присядь, — принялась усаживать его девушка, мельком оглядевшись по сторонам. — И чего ты через чащу пошел?

— Так быстрее, да и нормально все со… — произнес парень и завалился бесчувственным телом на землю.

Небо было ясным, но ночным. На нем виднелись звезды, но справа краешек уже начал светлеть.

Вокруг не было ни рощи, ни деревьев, ничего. Только ровная, как стол, земля, покрытая белоснежным, мягким мхом, в котором босые ноги Федора проваливались на половину голени.

— А сапоги мои где?

Резко обернувшись, он обнаружил сутулого мужчину, лицо которого было покрыто глубокими морщинами.

— Старик… — тихо произнес парень, но тот поднял голову от крошечного костерка у ног.

Лицо было покрыто не морщинами, а тысячами шрамов на коже. Левый глаз белоснежный, словно вареное яйцо. Правый же был черным с ярким оранжевым вертикальным зрачком.

— Ты… Ты кто? — осторожно спросил Федор, почувствовав, как внутри что-то шевельнулось, и появился липкий страх. Парень оглянулся, чтобы найти хоть какую-нибудь ветку, но вокруг была только трава и степь до горизонта.

Незнакомец секунд пять рассматривал его, после чего молча опустил взгляд к костерку.

Федор сделал несколько шагов по мягкому мху и замер в нескольких шагах от непонятного создания. Опустив взгляд на костер, он обнаружил каменную чашку с ягодами и хвоей, которые плавали в воде.

— Кто ты такой? — повторил вопрос Федор. — Ты… кто ты?

Мужчина ничего не ответил, продолжив смотреть в чашу на костерке у его ног.

— Где я? Что это за место?

Неизвестный поднял взгляд на парня, едва заметно дернул щекой и снова принялся вглядываться в пар, исходящий от миски.

— Почему ты молчишь? Ты меня вообще слышишь? — нахмурился Федор. — Скажи что-нибудь!

— Вопросы… — утробным, глубоким басом произнес мужчина.

— Что? Я задал вопросы. Кто ты и где я? — Федор начал нервничать. Страх отступил, но вместо него пришло ощущение того, что все вокруг неправильное. И оно нарастало с каждой секундой.

— Не те вопросы. Вопрос — слово, — произнес незнакомец, не поднимая головы.

— Что это значит?

— Вопрос — слово, — тихо, почти шепотом повторил незнакомец.

Парень с минуту молча пялился на собеседника, не понимая, что тот хочет, после чего выдал первое, что пришло в голову:

— Кто?

— Плохо… Еще, — пробасил ответ.

— Где? — растерянно попытался Федор.

— Лучше… Еще…

— Когда? — после двадцати секунд раздумий выдал парень.

Незнакомец наконец поднял взгляд на него и кивнул. Секунд пять он рассматривал растерянного парня, после чего произнес: