Это и дало повод «главным европейским поборникам свободы и демократии», англичанам и французам, утверждать, что волеизъявление прошло «несвободно», «под угрозой русских штыков». На самом же деле, столь наглая угроза поляков сплотила жителей прибалтийских стран, и явка на выборы была очень высока. И голосовали они не столько за коммунистов, сколько против тех политических сил, которые ещё год назад вели секретные переговоры о капитуляции перед поляками.

В конце июня Латвийская и Эстонская ССР вошли в состав Союза Советских Социалистических Республик. А латвийская и эстонская армии в полном составе влились в состав Рабоче-крестьянской Красной Армии.

Конечно, и в самих новых республиках, и в войсках, и особенно в полиции предстоит ещё огромная работа по замене враждебных и политически неблагонадёжных элементов на выходцев из рабочего класса, «чистка рядов». Но в этом органам внутренних дел помогают и сами эти элементы: несогласные с новой властью добровольно уходят в отставку, увольняются, эмигрируют. Как, например, ушёл в отставку президент Эстонии Пятс, после чего был отправлен в ссылку в Уфу, где ведёт тихую жизнь персонального пенсионера. Таким способом — выделением квартиры и назначением персональной пенсии — Советское правительство учло некоторые услуги, оказанные этим человеком нашей разведке в начале 1920-х, а также заслуги по предотвращению аннексии Эстонии Польшей.

«Майский кризис» в Прибалтике удалось разрешить без широкомасштабных боевых действий, хотя военных провокаций на границе Латвии и Белорусской ССР с Польшей было предостаточно. Не прекращаются они и по сей день. Как и попытки засылки через польско-советскую границу шпионов и диверсантов. Цели у этих агентов — самые разнообразные. От сбора сведений о советской промышленности и частях Красной Армии до осуществления диверсий. Причём, не только в приграничных областях, но и в очень отдалённых от границы частях Советского Союза.

Польская Офензива не испытывает недостатка в кадрах для засылки к нам. Мало того, что среди самих поляков много тех, кто владеет русским языком, так ещё и используются бывшие белогвардейцы и эмигранты. Включая выходцев из тюркских республик и из числа народов Кавказа. Не зря же польское правительство поддерживает деятельности организации «Прометей», объединившей всю эту шваль. Нам достоверно известно, что парижский центр «Прометея» занимается вербовкой противников Советской Власти в Западной Европе, а варшавский и вильненский — среди жителей Литвы, Западной Белоруссии и Западной Украины. И не только вербуют, но и готовят в специальных разведшколах Офензивы, сеть которых развёрнута в «Восточных Кресах».

Широко используется вербовка среди западных украинцев, принадлежащих Организации украинских националистов, арестованных за антипольскую деятельность. Их ставят перед выбором: либо переориентироваться на работу против СССР, ненавидимого ими ничуть не меньше, чем Польша, либо пойти под суд и в тюрьму или вовсе без суда оказаться в концентрационном лагере, либо заниматься антисоветской деятельность уже на советской территории. Причём, не только в УССР, но и в других местах, где проживает большое число украинцев: в Крыму и на Кубани, которые ещё деятели «Украинской народной республики» объявили украинскими, в Курской, Воронежской, Сталинградской областях, в Северо-Казахстанской области и даже на Дальнем Востоке, куда с Украины по Столыпинской реформе перебралось немало народа.

Впрочем, польское направление работы хоть и отнимает немало внимания, но ещё несколько месяцев его нельзя будет считать угрожающим. Огромные потери, понесённые Войском Польским в войне с Германией, требуется восполнить. По сведениям от наших агентов, поляки сделали выводы из сражений с немцами, продемонстрировавших недостатки польской армии. В первую очередь — недооценку полевой артиллерии и переоценку роли танкеток, которыми, в своё время так рьяно собирался «наводнить» РККА Тухачевский. Теперь военные заводы Польши и Чехословакии работают в две смены, производя недостающее оружие. Запустили они и оружейные заводы «Рейнметалл» на захваченной территории Германии, переориентируют германские авиационные заводы на выпуск боевых самолётов, активно закупают вооружения за границей, восстанавливают затопленные в Кильском канале немецкие боевые корабли, строят новые эсминцы и подводные лодки. Но, повторюсь, раньше весны или начала лета следующего года к войне с СССР они не будут готовы.

После заключения мирного договора с Японией по результатам боёв на озере Хасан и реке Халхин-Гол, итогом которого стало окончательное определение советско-манчжурской и монгольско-манчжурской границы, обстановка на Дальнем Востоке тоже отходит на второй план. По словам «переселенцев из 1990-х», сокрушительное поражение в Монголии надолго отбило желание японских империалистов испытывать нас на прочность и переориентировало направление их экспансии с северного на южное — на Китай, Индийский и Тихий океан. В их истории Германия, Италия и Япония заключили союзный пакт, но в нашей реальности этого не случилось. У Италии и Польши, «исполняющей обязанности» главного европейского агрессора, отношения не складываются из-за «германского вопроса». С японцами поляки успели заключить «Антикоминтерновский пакт», но, учитывая складывающуюся после Халхин-Гола ситуацию, как и в «другой» истории, сложно ожидать активных действий со стороны японцев до тех пор, пока военное поражение СССР станет очевидным.

На первый план сейчас вышло Закавказье. Во-первых, хоть англичане и французы были вынуждены отложить реализацию планов по уничтожению советской нефтедобывающей и нефтеперерабатывающей промышленности, но полностью от них не отказались. Воздушную разведку целей бомбардировок они были вынуждены заменить другими способами. Слишком уж эффективной, с их точки зрения, оказалась работа советской противовоздушной обороны. Причём, они довольно быстро выяснили «виновника» своих неудач — радиолокационные станции. Поэтому главной задачей агентуры, засылаемой в Советское Закавказье, стало выявление местонахождения этих станций.