— Я понимаю, что он симпатичный и неплохо танцует, — я подняла брови — ладно, он очень симпатичный и очень хорошо танцует, — соседка наклонилась ближе, но я выставила руку, останавливая её.

Мне не хотелось слушать уже знакомую пластинку о том, что Айван злодей и мне следует избегать его. На самом деле, меня порядком начинало раздражать, что все мои друзья — и Нина, и Крис, и Денис с Сашей — в курсе подробностей, но всё равно продолжают скрывать их от меня. Если подруга хочет играть в секреты, так тому и быть.

Напустив на себя равнодушный вид, я тяжело вздохнула.

— Не начинай, Нина. Ты права, он классно танцует, и это единственное, что меня в нём интересует. Не более.

Девушка сощурилась. Но я не дала её и слова вставить.

— А теперь, если ты не против, мы опаздываем

Больше не произнося ни звука, я разгладила свою балетную юбку, затем обошла соседку и пошагала в другой зал.

–

Миссис Дамески сегодня была не в настроении. Я уже было стала привыкать к её ядовитости, но сегодня она превзошла даже саму себя.

— Выше, еще выше! — кричала она во время прыжков. — Вы артисты, а в вас грации не больше, чем в этой палке! — она стукнула рукой по станку. — Ветрова, если ты еще раз выпадешь из такта, я вышвырну тебя из этого зала!

Кажется, так сильно я не нервничала даже во время выпускных экзаменов. И, тем не менее, каким-то образом нам удалось в полном составе дожить до середины урока. Пострадавших почти не было. Влетело только Кате, та получила подзатыльник за болтовню, и Денису. Хелена так сильно вывернула его колено, что парень стал белым, как полотно, но к его чести — даже не пискнул.

Когда же все перешли к па-де-де, я поняла, что настал мой «звёздный час». С гордостью могу заявить, что продержалась пятнадцать минут, прежде чем миссис Дамески обратила свой гнев на меня.

— Что ты делаешь, Солмей?! Если у тебя нет партнёра, то это не значит, что ты должна плясать как мешок с картошкой.

— Да, мэм, — понуро кивнула я.

— Еще раз!

Быстро приняв позу, я оттолкнулась, но на четвёртом повороте носок пуанта пошатнулся, и я соскользнула, пятка с грохотом ударилась о паркет. Всем видом я старалась не показывать боли, что запульсировала в ноге с новой силой.

— Солмей! — взревела педагог, отчего я зажмурилась. Только эта женщина могла своим голосом приносить ощущение физического насилия. Она подошла ко мне вплотную, схватив за подбородок. — Ты можешь сколько угодно играть в переодевание в приличную балерину, но это не сделает тебя таковой. Никогда. Если ты не можешь выполнить столь элементарного упражнения, то тебе не место в этом классе! Более того — крик перерос в змеиный шепот — тебе не место в этой Академии.

Нет.

Хелена отдёрнула свою руку от моего лица, словно от горящей сковородки. Только не выгоняйте меня! Щёки полыхали от стыда. Мало того, что я опозорена перед всем классом. Она еще и грозится вышвырнуть меня из РАИ. Я почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы, но быстро сжала кулаки и челюсти, изо всех сил сдерживаясь.

— Еще раз! — крикнула миссис Дамески.

Не желая разозлить её еще больше, хотя казалось бы куда, я встала в позу. Короткий вдох. Давай, Лина, от этого зависит твоё место в Академии. Толчок. Первый поворот, второй, третий, а потом… пуант вновь соскользнул, но на этот раз я не удержала равновесие и упала. Первым об пол грохнуло колено, затем локоть. На этот раз я не смогла сдержать стон.

Краем глаза я заметила, как несколько учеников шагнули в мою сторону, к моему удивлению среди них был и Айван. Но Хелена так остро взглянула на них, что ребята замерли на середине движения.

Женщина наклонилась ко мне, её голос был холоден как лёд.

— Ты — позор Академии, Солмей. Пошла вон с моего занятия.

Губы затряслись, по щеке скатилась слезинка, но я не шелохнулась. Тогда ей пришлось крикнуть.

— Пошла вон!

Я вздрогнула, словно она и вправду меня ударила. Зато это придало мне ускорения. Поднявшись на ноги, я заковыляла к своим вещам.

— И не реви, — добавила миссис Дамески. — Реветь ты будешь своей мамочке.

Я замерла. Нет. Её крик не был ударом. Вот он.

Когда она упомянула мою мать, это окончательно лишило меня самообладания. Я всхлипнула и быстро поспешила к выходу. Даже если бы меня сейчас не выставили, я бы сама не выдержала и сбежала. Да катись оно всё к чертям!

Однако не успела я сделать последний шаг, как Нина поймала меня за локоть. Подруга как раз стояла возле самой двери. Когда она взглянула на мои мокрые щёки и сотрясающиеся плечи, её взгляд выражал лишь озабоченность.