К сожалению, я слишком поздно заткнул Сэму его призрачный рот. Из-за червей-кошмаров, из-под земли начали одна за одной появляться новые неприкаянные души. Через минуту их стало слишком много. Они столпились вокруг нас, громко возмущаясь и размахивая руками. По крайней мере, те, у кого руки еще были, делали это очень активно. Гомон стоял такой, что перекричать возущенных призраков не было никакой возможности.

Они, конечно, не нападали. Это плюс. В чертовом Пристанище при подобном развитии событий нам было бы туго. Я в любом случае не допущу совсем плохого. Например, выдерну нас обоих: и себя, и Степана, обратно в мир смертных. Но это крайне нежелательное развитие событий. Очень жаль уходить отсюда, так и не получив информации о девушке.

— Твою мать… Я начинаю понимать ведьм, которых в средние века сжигали на костре. Наверное они как и мы стояли, окружённые злыми людьми.– Пробормотал Марков, тихонечко сдвинувшись в мою сторону. — Такое чувство, будто мы с тобой два приблудных горожанина, попавших в деревню, и местные чистоплюии нас сейчас дружно предадут анафеме.

— Стёпа, предать анафеме, это значит отлучить от церкви. От такого не умирают. И хватит ко мне прижиматься! — Я оттолкнул локтем патологоанатома, который был готов забраться с ногами на мою голову.

Внезапно, очень резко, наступила тишина. Призраки, которых собралось уже не меньше пятидесяти ( хм… наверное, пятидесяти штук, не людьми же их называть. От людей у большинства почти ничего не осталось) разом замолчали, словно их одновременно лишили голоса.

— Черт…Почему они заткнулись? Это нравится мне еще меньше… — Окончательно распсиховался Марков. — Забелин, скажи, что ты одной левой уложишь всех этих уродов. А? Скажи. Успокой меня.

Хотел ответить патологоанатому, что уложить призраков в Пристанище вряд ли сможет даже Отец, но…

— Так, так, так… Какая неожиданная встреча…

Конечно, я сразу узнал этот голос.

Толпа неприкаянных душ расступилась в стороны, освобождая дорогу красивой, стройной, охренительно сексуальной дамочке с копной рыжих, спускающихся почти до задницы волос. Собственно говоря, именно она и заставила их всех заткнуться. Теперь я это видел. Призраки взирали на красотку с обожанием и восхищением. Она двигалась сквозь их толпу, как тот самый человечишка, перед которым расступилось море.

Женщина вышла вперед, остановилась ровно напротив меня. Она была одета в темные, обтягивающие лосины, сапожки из мягкой кожи и алую тунику. В отличие от неприкаянных душ явившаяся особа выглядела очень даже бодро.

Хороша. По-прежнему хороша до одури. Особенно с точки зрения Степана, который при виде красавицы открыл рот, едва не пуская слюни себе на грудь.

— Привет, Люций. Скучал по мне? — Оскалилась дамочка.

Если что, оскалилась — очень точное выражение, передающее эмоциональный окрас ее настроения.

— Привет, малышка Элеонора. Конечно, скучал. Как по бубонной чуме, — Расплылся я в ответ.

Дама вон как старается, светится буквально от счастья. Разве могу ее разочаровать?

— Когда мы виделись в последний раз, ты убила одну из лучших ведьм, работавших на меня. Это немного усложнило мою жизнь. Девочка занималась крайне важным делом, которое ты прервала. Десятилетия активного труда канули в пустоту.

— Прошу прощения, — Вампирша провела кончиком языка по острым клыкам. — Но взгляни на это с другой стороны. Моя-то жизнь стала легче. Больше нет этой раздражающей дряни, с которой ты носился как курица с яйцом. А вот обо мне ты совсем не переживал. Убить хотел свою малышку Элеонору. Даже не искал меня все это время.

— Люций? — Тихо переспросил Марков. — А что, так можно было? Это, типа, уменьшительно-ласкательный вариант?

Как всегда патологоанатом проявил любознательность очень не вовремя. За что тут же получил от меня ощутимый удар локтем под дых.

Смертный не понимает, что эта рыжая дрянь может создать парочку проблем. Не смертельных, конечно, но все же. Вампиры очень злопамятны. А влюблённые вампирши, вообще могут помнить свою обиду тысячелетиями.

В любом другом месте — плевать. В Пристанище — я не знаю, чем закончится наша с ней схватка. И она это тоже понимает, а значит, чувствует себя более свободно. Я сейчас нахожусь на ее территории. Поэтому лучше быть наготове, чтоб успеть вовремя выдернуть нас с Марковым отсюда.

— Ты совсем не изменилась. — Спокойно продолжил я беседовать с вампиршей, как ни в чем не бывало.

Пусть думает, будто Владыка Ада расслаблен и слегка невнимателен. Все-таки она — женщина, я — мужчина. Долгая разлука, воспоминания о прошлом, бла-бла-бла.

Хотя на самом деле, изучая Элеонору насмешливым взглядом, я одним глазом наблюдал за призраками. Вампирша тут явно за главаря. Подмяла под себя неприкаянных бедолаг.

Они ее слушаются, поэтому девка вполне может отдать им команду задавить нас массой. Не хотелось бы после битвы со Светлыми, после Мятежа и Падения, после сотни тысяч покушений, сдохнуть заваленным чертовой эктоплазмой.