Архимаг с пеленок. Том 2

Попасть в другой мир после смерти от предательства?

Ха! Оставьте это слабакам!

Я умер сам, отправившись на перерождение.

Ибо после века поисков я наконец создал Универсальное Заклинание, потенциально способное исполнять любые желания.

Но для его правильного развития мне придётся прожить жизнь заново, прямо с рождения.

Хотя почему «придётся»? Мой разум и Заклинание со мной, теперь я смогу стать хоть Богом.

Ага. Осталось научиться ходить и говорить, не сдохнув в процессе! Ведь у моей новой семьи серьёзные проблемы.

Что-что? Я даже не аристократ? Зато у меня батя демонолог!

Кто я? Где я?.. Как… спокойно!

Кто бы я ни был, парю посреди ничего. Никакого тела, никакого вещества вокруг… лишь размытые очертания… чего-то.

Я — Константин Осинский. Это знание само пришло мне в голову. А затем хлынул поток воспоминаний.

Я — Константин Осинский. Но не только! Ещё — Архимаг… Как же меня звали?

Не могу вспомнить. Но вспомнил, как заставил себя забыть собственное имя перед перерождением.

Имя сильно влияет на магический дар — и я хотел начать с чистого листа, избавившись от оков прошлой жизни. Вот что случилось.

А теперь? Что со мной теперь?

Принимаю вертикальное положение. Не встаю, нет — тела нет, есть лишь ощущение, что вот я лежу, а теперь стою. И иду вперёд.

Вокруг лишь чёрное ничто — стоило мне об этом подумать, как реальность понемногу стала обретать чёткость.

Клокочущая тьма упорядочилась, превратилась в круглый каменный зал с высоким потолком-куполом и стенами-колоннами. Я вспомнил его сразу же.

— Портальная башня. — раздался в этой пустоте звук. Мой голос. Такой, каким я помню его из прежних времён.

Но он уже не принадлежит мне — голос лишь прозвучал, не я сказал эти слова.

— Многа двеей! — задумчиво промямлил ребёнок.

А вот это уже я. Точка обзора сильно снизилась, став привычной… за прошедшие полтора года я привык смотреть на мир с такой высоты.

Между колоннами из светящейся пустоты действительно проступают двери. Очень разные двери.

Иду по кругу, проходя вдоль всех. Да, это уже моё тело — детские ручки, ножки, кофта с капюшоном и пуховичок. Так я выглядел перед случившимся.

Вот высокая дверь из тёмного дерева. Старая, даже старинная, покрытая изящными рунами, магической резьбой и вязью печатей. Её золотая рукоять расположена на огромной для меня высоте, но я знаю — пожелай я, и дверь отворится.

Отворится — и окажусь в пыльном чулане исполинского размера. Эта дверь — Память. Память безымянного теперь Архимага, которую он надёжно закрыл, но ключ от которой всегда висит на поясе.

Я-нынешний могу обращаться к ней ровно настолько, насколько нужно, дабы не утратить собственную личность. Но не настолько, чтобы утонуть в ней, уничтожив собственное будущее.

Иду дальше. А вот чёрная стальная дверь, обитая кожей. Выглядит сурово, но от неё так и веет теплотой и простым счастьем. Это дверь от квартиры Мелвиллов. Дверь от памяти Костика Осинского. Именно туда я то и дело перетаскиваю что-нибудь из чудовищного чулана, оставшегося позади.

Да, я внутри собственного разума. Как тогда оказался в разуме демона-Кошмара, так теперь в своём.

Видимо, детская психика отрезала меня от слишком жуткой реальности.

Я как-то отстранённо подумал о маме и папе. Как они там? Не казнили ли их уже по надуманному поводу?

Не вживил ли Император им новых тварей? Не оказались ли мои усилия и моя жертва напрасными?

Нет! Не может такого быть! А если вдруг… О, я точно всё ещё жив! А если я жив, значит часики моих врагов тикают с неумолимой точностью!

Ведь как говорят во многих мирах? Дал Бог зайку — даст и по морде! На кой-чёрт вот тебе заяц, дурила? Да ещё и от Бога!

Я угрюмо прошёл мимо этой двери, пахнущей домашним теплом и уютом.

Нет, утонуть в ностальгии и забытии — верный путь к гибели!

Следующая дверь… нет, это не дверь. Это узкий лаз пещеры, заросший лианами и колючими кустарниками. Подойдя к ней, ощущаю в груди зов…

Зов природы. Зов простых рефлексов — бежать! Прыгать! Карабкаться! Поймать, сожрать! Напиться воды! Согреться и поспать!

Только вот сейчас вход в пещеру зарос чрезмерно. Весь затянулся колючкой с длинными чёрными шипами. А изнутри несёт кровью и тлением.

Нет. Я не имею сейчас внутренних сил, чтобы просто исцелить себя. Активная часть моей души не так сильна.

Я заметил, как от меня в пещеру тянутся тоненькие, едва видные, астральные нити. Нити мерно пульсируют, прогоняя ману. Часть висит обожжёнными шнурами, но в основном все целы.

— Я хоёсё потйюдийся. — вздыхаю. Да, даже такая чудовищная нагрузка не разорвала все каналы и узлы маны, которые я строил полгода.

А значит ещё не всё потеряно. Душа надёжно связана с телом, а тело не умирает… по крайней мере, не прямо сейчас.

Я пошёл дальше. Раз я всё равно здесь, стоит завершить круг почёта.