— Идите отсюда спать! — крикнула Людмила и пнула по двери, но Смелова оттащила её.

— Не связывайся ты! Ну их на фиг! — взвизгнула Сашка. — Пойдём к Бронху, уже ледовая скоро. А… впрочем, там же по твою душу приехали… Может, ещё и отдохнём… Вернее, мы отдохнём, а не ты.

— По мою душу? Кто? — с недоумением спросила Люда. — Я никого не хочу! И не буду!

— Будешь ты или не будешь, это дело десятое! — насмешливо сказала Смелова. — Спонсоры приехали с Первого канала и будут снимать тебя. Так что готовься. Сейчас ещё мейк-ап тебе поправят.

— Какой ещё мейкам?

— Узнаешь! Никуда ты не денешься, — снова засмеялась Сашка. — Хочешь быть мегазвездой — залазь в телевизор! А мы, простые смертные, будем отдыхать и рофлить над тобой, пока ты с хмурым фейсом будешь вью давать.

Спорить тут было не о чем, и Люда направилась в раздевалку за шустро шагающей, почти бегущей Сашкой. В коридоре у окон стояли пуфики для отдыха, и почти все они были заполнены спортсменками и спортсменами разных возрастов, сидящих в телефонах. Увидев, что мимо кто-то проходит, поднимали головы и тут же опускали обратно, вглядываясь в мерцающие экраны.

Люда подумала, что все они будут приветствовать её, она же олимпийская чемпионка! Заранее приготовилась к этому и ощущала неловкость от предстоящих разговоров со всеми, но этого не произошло — здесь она была равная среди равных. Вчера ты была чемпионка, сегодня я… Так рассуждали все спортсмены, занимающиеся здесь.

Оставив телефон в шкафчике, Люда закинула на спину чехол с коньками, водой и салфетками, и отправилась за Смеловой в святая святых «Хрустальной звезды», кузницы чемпионов — на ледовую арену.

Первое, что она увидела, когда зашла внутрь, это разноцветные флажки, развешанные по поперечным фермам, держащим крышу. А напротив — громадные плакаты с изображением местных знаменитых фигуристов. И прямо по центру — громадный баннер с её фотографией, сделанной в ходе проката и надписью «Арина Стольникова — всегда первая! Олимпийская чемпионка. Чемпионка мира. Чемпионка Европы. Чемпионка России». Рядом был баннер с фото Сашки и надписью «Александра Смелова. Чемпионка мира среди юниоров. Чемпионка России среди юниоров». Рядом висели уже чуть постаревшие баннеры с фотками Далиевой и Зенитовой.

Баннеры являлись дополнительным мотивирующим фактором для того, чтобы родители вели детей на этот каток. Ведь родителям казалось, что в таком святом месте, где каталась сама Стольникова, Зенитова, Далиева, а сейчас и Смелова, и сами стены будут помогать их деткам стать чемпионами. Однако, увы и ах… Несмотря на многочисленность фигуристов в детских группах, среднее число спортсменов в группах топовых тренеров было очень невысоким — отсев громадный.

Баннеры висели на перилах второго этажа. Каток, естественно, был тренировочный, без зрительских трибун, но имел второй этаж — зрительский балкон с перилами, откуда родители и приглашённые лица наблюдали за тренировками и контрольными прокатами школы. На перилах в ряд и висели громадные баннеры. Над правым коротким бортом на стене славы тоже виднелись большие фотографии составов тренировочных групп, в разное время занимавшихся здесь. Ещё висели баннеры с надписями «Москомспорт» и «Хрустальной звезде — десять лет!».

В остальном каток как каток. На втором этаже тренерская, на потолке яркие светильники, на льду спортсмены, разрезающие лёд. Тренеры, кучкой стоявшие у бортика, и рядом с ними несколько человек с видеокамерами и микрофонами. И Бронгауз, увидевший её и подозвавший к себе взмахом руки и энергичным окриком:

— Вот, вот и она! Ариша! А ну-ка, подойди сюда!

Ну вот и началось в колхозе утро… Люда в очень большом смущении, направилась к этой тёплой компании. Что им надо?

— Ариша, приве-е-ет! — энергично помахала рукой девушка-брюнетка в коротком белом сарафане, выглядящая очень красиво: шикарные завитые волосы, густые ресницы, красиво подведённые глаза. — Мы бы хотели задать тебе несколько вопросов. Отвечай уверенно, не мямли, слова-паразиты не используй. Понятно? В общем, говори как обычно. Ты же умничка, и давать интервью умеешь.

— Ну, я не знаю… — смущённо промямлила Люда, первым желанием которой было убежать и скрыться с глаз. Но, естественно, это желание было неосуществимо. Поэтому пришлось встать так, как хотелось телевизионщикам. А хотелось им, чтобы Люда расположилась таким образом, чтобы сбоку был виден её баннер, и вдобавок, чтобы при этом было видно каток с рассекающими по нему фигуристами.

Когда нужное положение было найдено, один небритый всклокоченный мужчина в синем стёганном жилете с надписью «Первый канал» на спине, поставил большую камеру на треногу, второй мужчина вытянул большой шест с громадным белым пушистым микрофоном, расположив его так, чтобы он висел над головой Людмилы, третий поставил рядом с камерой большой круглый осветительный прибор, который при включении заставил зажмуриться, но потом всё прошло. Был и ещё один оператор с камерой на треноге. Он снимал исключительно журналистку и располагался сбоку от основной камеры.

— Ребят, ну всё готово у вас? — спросила девушка.

— Готово, — согласно кивнул головой тут оператор, что снимал журналистку. — Эмма! Приготовься! Начинаем на раз-два-три! Поехали!

— Здравствуйте, дорогие друзья, меня зовут Эмма Гариева, и сейчас мы с вами поговорим об интересном, — радостно сказала девушка, глядя в камеру и очень красиво и артистично жестикулируя. — Лето вступило во вторую половину, но, несмотря на жару, в ледовом дворце «Хрустальная звезда» кипит работа. Уже почти месяц, как стартовал новый сезон в зимних видах спорта, в том числе в фигурном катании, и спортсмены сейчас начинают накатывать программы, которые уже через месяц нужно будет исполнять перед самыми взыскательными зрителями — руководством Федерации по фигурному катанию России. Естественно, этим важным делом заняты как рядовые фигуристы, так и звёзды, в числе которых олимпийская чемпионка и чемпионка мира Арина Стольникова. Арина, здравствуй!