— Пора! — постучал в дверь раздевалки тренер. — Все на лёд!

Только что закончили заниматься мастера спорта, и когда юниоры заходили на каток, столкнулись с ними в дверях. Артур Горинский, высокий худощавый блондин, открыл дверь и запустил внутрь фигуристок, картинно поклонившись. Соколовская улыбнулась в ответ, Муравьёва и Авдеева хихикнули, покраснев, а Люда поблагодарила, сказав «спасибо». Второй мастер, Егор Савосин, был ниже ростом, чем Горинский, но порядком подкачан.

— Люда! Чистых прокатов и гладкого льда! — стесняясь, сказал он.

— Спасибо! Тебе хорошо отдохнуть! — смущённо ответила Люда и вошла на каток.

На скамейке у калитки, естественно, тут же возникла обычная шутливая толчея, когда каждый старается подвинуть и столкнуть одногруппника с лавки, чтобы самому занять его место. И Людмила приняла в этом самое деятельное участие! Потому что… Потому что захотела! Вот!

Соколовская с высокомерной усмешкой наблюдала за вознёй одногруппников. Она участие в свалке не принимала. Стоя, спокойно надела коньки, проверила шнуровку и выехала на лёд. Следом за ней как птички, высыпали одногруппники. Люда не торопилась. Два часа ледовой тренировки она последнее время выносила с трудом — сказывалась недотренированность и… Это долбанное взросление.

— Хмельницкая! Ты что время тянешь? — строго спросил Левковцев. — Я тебе неоднократно говорил — не хочешь заниматься, не ходи, не мучай себя!

Людмила спорить с тренером не стала. Иронично хмыкнув, вышла на лёд и присоединилась к одногруппникам. Левковцев на ледовую тренировку тоже надел коньки. Ребята поговаривали, что был он раньше мастером спорта по конькобежному спорту, и даже очень перспективным, но получил травму колена и со спортом завязал, полностью перейдя на тренерскую работу. Люда думала, что это правда — Левковцев иногда катился очень быстро и рёберно, как профессионал.

— Ребята! Строимся! — скомандовал тренер и дунул в свисток. Подождав, когда фигуристы привычно выстроились на середине катка в ряд по росту, стал говорить:

— Разминаемся по обычной схеме — от простого к сложному. Сначала исполняем змейку, потом ёлочку, фонарик, кросс-роллы и перебежки. Темп задаёт Хмельницкая.

Люда недовольно поморщилась. С одной стороны, задавать темп хорошо — ты едешь так, как хочешь, исходя из своих сил. С другой стороны, сзади начинают напирать одногруппницы, которые могут кататься быстрее. Например, Соколовская или Муравьёва. Впрочем, Зоя делала это в шутку, так как сама находилась точно в таком же положении, что и Людмила, а вот Соколовская… Она говорила всерьёз. Она действительно могла кататься очень быстро и всегда бравировала этим.

— Приступайте! — крикнул тренер и свистнул в свисток. — Сильно не гоните. Повышайте темп постепенно.

Люда вздохнула и короткими перебежками начала разгоняться вдоль дальнего длинного борта, следуя указаниям тренера. Сначала сделала змейку через весь каток, от одного короткого борта до другого, потом развернулась и покатила в противоположную сторону, исполняя ёлочку, потом фонарик.

— Чё так медленно? — смеясь крикнула Муравьёва. — Люська, ход добавь!

— Угу… Фиг тебе! — парировала Люда и показала фигушку правой рукой. — Вы меня и так не догоните!

— Я догоню! — заявила Соколовская и прибавила ход.

Естественно, она могла догнать и перегнать, но Люда знала это и даже не стала сопротивляться. Лишь когда почувствовала, что Соколовская уже дышит ей в затылок, обернулась и насмешливо сказала:

— Работа дураков любит!

— Ах ты, коза драная! — рассвирепела Соколовская, но ничего предпринимать в ответ не стала — Левковцев никакого баловства на льду не терпел, потому что это было травмоопасно, и, увидев это, сразу гнал домой и велел приходить в следующий раз с родителями.

Когда фигуристы и фигуристки исполнили все предписанные упражнения по разминке, Левковцев сказал начать тренировать прыжки. И в первую очередь самые простые, рёберные.

— Начните с одинарных, — сказал тренер. — С одинарного акселя, потом сальхов, тулуп, риттбергер. Следом лутц и флип. Как напрыгаете одинарные, подъедете ко мне, я скажу индивидуально каждому, что он будет прыгать.

Впрочем, Люда знала и так, кто что будет прыгать. Скорее всего, абсолютно все будут долбить лутц — обязательный элемент в этом сезоне у юниоров.

Конечно же, Людмила оказалась права. Однако лутц — самый сложный прыжок и таит в себе большую опасность, особенно если ты его делаешь с большим трудом от раза к разу…

После того как фигуристы хорошо размялись, Левковцев велел переходить к двойным прыжкам.

— Начинаем с двойных, — сказал тренер. — Исполняем в том же порядке. Сначала рёберные. Сальхов, риттбергер. Потом тулуп, лутц и флип. Авдеева, Хмельницкая и Муравьёва лутц и флип будут прыгать одинарный.