Я не могла поверить, что встречаюсь с ним. Даже когда он пригласил меня на наше первое свидание, у меня было предчувствие, что мы быстро закончим, но вот мы здесь, празднуем первый месяц. Для некоторых людей один месяц не был большим событием, но для меня, у которой никогда раньше не было парня, это было огромным, особенно из-за того, как все началось…

Несколько нитей старой темной паутины поймали меня, и моя улыбка погасла.

— Что не так? — Спросила Джессика, заметив перемену во мне.

Я потянула за волосы и затянула хвост, что я обычно делаю, когда нервничаю.

— Ничего. Теперь моя очередь крутить бутылочку, верно? — Сказала я и крутанула бутылочку.

Прошло почти два месяца с тех пор, как я оттолкнула Хейдена Блэка. Два месяца с тех пор, как я истекала кровью в той больничной палате, сказав ему, что мне на него наплевать. Два месяца с тех пор, как я узнала самым болезненным образом, что он любил меня…

Бутылка остановилась на Джессике.

— Правда или действие? — Спросила я ее.

— Правда, — без колебаний сказала она.

— Ты поцеловала бы Стивена?

Мелисса скривилась.

— Фу! Ты говоришь о моем брате!

Я пожала плечами.

— Что? Никто не говорил, что эта игра честная.

Джесс хихикнула.

— Нет. Без обид, Мел, но поцеловать твоего брата — это как поцеловать улитку. Мокро и отвратительно.

Мелисса поморщилась.

— Стой. Давай не будем говорить о моем брате, ладно? Я не хочу, чтобы мой ужин вырвался наружу. — Она сделала большой глоток пива.

— Если ты продолжишь так пить, тебя все равно вырвет, — поддразнила я.

Она рыгнула.

— Заметано, мам.

Джессика крутанула бутылку, но я больше не могла сосредоточиться на игре. Я допила пиво, и Мелисса протянула мне еще одну банку. Мое опьянение не могло помешать мне вернуться к тем болезненным воспоминаниям о Хейдене. Так было всегда, как только я начинала думать о нем, я не могла остановиться. Его поцелуи и прикосновения глубоко запечатлелись в моем сознании, часто проигрываясь, как заезженная пластинка.

Я причинила боль нам обоим, и, несмотря на все усилия сосредоточиться исключительно на Матео, были моменты, когда мои мысли предавали меня. Я думала, что время все вылечит, но через два месяца я уже не была так уверена. Мне нравился Матео, правда, но это была не любовь. Этого не могло быть, потому что я по глупости отдала свое сердце человеку, который был моим давним мучителем, человеку, который спас мне жизнь и полюбил меня…

Он определенно больше меня не любил. Я разрушила это, когда отвергла его.

— Правда или действие? — Голос Джесс вывел меня из моих мрачных мыслей, и я увидела, что бутылка остановилась на мне.

— Правда.

— Кто целуется лучше? Матео или Хейден?

Мое дыхание прервалось от ее неожиданного вопроса. Мелисса с рычанием посмотрела на нее.

— Правда? Из всех глупых вопросов ты должна была задать самый глупый.

Джессика выгнула брови.

— Почему нет? Я хочу знать.

— Ну, я не хочу. Мне плевать на этого ублюдка или на то, как он целуется. — Ее голос был полон яда, но это неудивительно. Мелисса невзлюбила Хейдена с самого начала, и еще больше после того, как узнала обо всех отвратительных вещах, которые он со мной сделал. Она никогда не могла понять, почему я его люблю.

Мел поддерживала мои отношения с Матео, и она была уверена, что я забуду Хейдена рано или поздно. Джесс, с другой стороны, понимала, что я чувствую, и всегда говорила мне следовать своему сердцу. Я была в противоречии. Я хотела сделать правильный выбор, но мой внутренний голос, который утверждал, что разлука с Хейденом была неправильной, становился громче.

Я не хотела причинять боль Матео. Он был тем парнем, которого хотела бы каждая девушка, и он относился ко мне как к ангелу. Он делал меня счастливой, и я хотела сделать его счастливым тоже, но была часть меня, которая знала, что это несправедливо с моей стороны быть с ним, когда у меня есть чувства к кому-то другому. Чувство вины время от времени мучило меня, но я подавляла его всякий раз, всегда надеясь, что мне удастся забыть Хейдена.

Я не могла быть с Хейденом, особенно сейчас, когда мы были дальше друг от друга, чем когда-либо. Я все еще не знала, как относиться к его насилию. Я разрывалась между прощением и обидой. Воспоминания обо всем, что он сделал для меня, о ночи в больнице, когда он рассказал мне о своих чувствах, и о его ссоре с Джошем смешались воедино, но даже если бы я простила его, Хейдена бы не было со мной. Роли поменялись, и теперь Хейден держался в стороне, игнорируя меня, когда наши пути пересекались.