Грейси ещё немного подумал.

– А может, ты и прав, – сказал он. – Меня, знаешь ли, тоже начало напрягать, что у нас принято думать о чем угодно – о кассовых сборах, количестве продаж трансляций, комфорте зрителей, качестве рекламы – только не о безопасности бойцов. А ведь о них все менеджеры должны беспокоиться в первую очередь!

– Мало ли кто чего должен, – подхватил я. – Мне один менеджер в России вообще сказал, дескать, боец – это гора накачанных мышц, чего ему будет, он даже толком не устает. Я думал, у вас здесь дела обстоят несколько по-другому.

– А, все то же самое, – махнул рукой Грейси. – В основном всех интересуют только бабки, а бойцы… вот как тебе этот твой знакомый сказал: «А чего с ним случится – это же машина». Но ведь даже за машиной, чтобы она служила долго и бесперебойно, нужен серьезный уход. А вообще-то боец – и не машина вовсе, а человек! И главное – никакой знаменитый спортсмен никаким своим авторитетом это переломить пока не может. Ну то есть себе он может затребовать отдельные условия, если статус позволяет, а так, чтобы вообще, для всех…

– Ну тогда ведь нам и нужно начинать с малого, – подхватил я. – Вот у нас сейчас как раз появилась возможность на своем турнире ввести новые нормы. А там, глядишь, если мы прогремим, то и дальше потихоньку начнет получаться.

Семён, услышав, что разговор идёт на тему, о которой он имел самое смутное представление, в него не влезал, переводя взгляд то на меня, то на Грейси. Сам же Грейси задумчиво кивал, размышляя, казалось, о чем-то своем. Наконец он встрепенулся, как бы вспомнив, где и зачем он находится.

– Ну что ж, – подытожил Ройс. – В целом я твой план одобряю. Если ты и с инвентарем разберёшься так же лихо, как и с составом бойцов, то все будет очень круто, – заявил Ройс.

– Не волнуйся, – заверил его я. – Для меня этот турнир так же важен, как и для тебя. Уж кто-то, а я-то точно выложусь на все сто!

Грейси улыбнулся и протянул мне руку, давая понять, что аудиенция окончена. Мы с Семёном попрощались с Ройсом и вышли из кабинета.

– Как все здорово само складывается, – Сёма аж подпрыгнул на ходу от радости. – Даже Грейси идёт на все наши условия!

– Ну, во-первых, складывается оно не то чтобы прямо само, – мягко напомнил ему я. – Я, например, для этого прикладываю довольно много усилий, если ты не заметил. А во-вторых, Грейси идёт на наши условия, потому что как профессионал понимает их справедливость. Мы же не просим ящик двадцатилетнего коньяка и толпу распутных девиц каждый вечер. Каждое наше условие обосновано, это поймет любой, кто хоть в какой-то степени сталкивался с миром единоборств.

Последняя фраза была сказана мной с намеком, чего Сёма, как обычно, не заметил. Ну или сделал вид, что не заметил.

– Ну вот, значит, у нас соберутся все профессионалы! – Семён радовался, как ребенок новой игрушке. – Ты договоры-то умеешь составлять? Конечно, образец у нас есть, и там только поменять детали, но всё-таки это серьезный документ, здесь мелочей не бывает…

– Умею ли я? – я аж остановился как вкопанный и не выдержал: – А умеешь ли ты? Ты же всем хвастаешься, что весь из себя такой крутой спортивный промоутер, а теперь спрашиваешь, умею ли я составлять договоры? А ты мне на что, интересно? Для любого промоутера или менеджера составление договоров – азы его работы! Как же ты работал-то в таком случае?

– Да ну ты что, – сбивчиво забормотал Сёма, заметно смущаясь. – Чего ты завелся-то, Серёга? Ну у меня действительно был длительный простой перед тем, как мы с тобой встретились, я давно никаких документов не составлял, уже и забыл, можно сказать, как это делается… Да и потом, кто их знает – может, за это время в требованиях что-нибудь поменялось? Ну, там, юридические какие-то аспекты…

«Как бы мне тебя поменять уже наконец, бестолковый мой аспект», – с усталостью подумал я. «С твоими всеобъемлющими знаниями и умениями я бы тебе не то что документы составлять – школьные экзамены сдавать бы не доверил. Похоже, после такой совместной работы я сам уже смогу продюсировать кого угодно. А что? Раскручусь, стану крутым спортивным менеджером, выведу пару ребят в суперзвезды, перевезу сюда Алинку и будем мы жить с ней на эти проценты не хуже всяких там Тайсонов и Ван Даммов! И все благодаря Сёме, ха!»

– Ну что, куда мы теперь? – нарушил тишину Сёмен, когда мы дошли до развилки: один коридор вел к нашей комнате, другой – к лестнице.

– Пока что в комнату, – ответил я. – Для начала мне нужно грамотно составить чертеж. Это же не рисунок набросать – здесь надо все хорошенько прикинуть. И, кстати, нужно будет подготовить текст договора и размножить его по количеству бойцов.

В коридорах здания было непривычно тихо. Хотя непривычно, наверное, это было только для меня. На самом деле шумом и толпой этот дом наполнялся только по утрам, когда все гурьбой высыпали из своих комнат, и по вечерам, когда такая же толпа возвращалась на ночёвку. В остальном же это было обычное казённое здание – комнаты со множеством кроватей, кухня, столовая, прачечная… Мне это сильно напоминало корпуса детского оздоровительного лагеря, в котором я несколько раз бывал в детстве. Только там нас ещё сопровождали вожатые, в которых здесь не было необходимости. Ну и в целом распорядок дня был насыщеннее, что вполне объяснимо. В остальном же, учитывая спортивную направленность этого заведения, его можно было назвать и оздоровительным.