Добавка к чаю, значит?

В мой выходной в комнате Люсиль сегодня должна была находиться Марта. И это, пожалуй, было мне на руку.

Хватит… Я решила, что пора действовать.

Как? Решим на деле.

Я быстро поднялась на второй этаж и зашла в комнату.

Бродрик ковырялся в своем ларе и по мне лишь мельком скользнул взглядом.

– Анна? – Марта стояла у камина и выглядела весьма удивленной.

Я поздоровалась и прошла к ней, делая вид, что помогаю.

– Подыграй мне, – шепнула я ей.

Женщина посмотрела на меня недовольно, но спорить в присутствии доктора не стала.

Тот тем временем разложил из ларя, который видимо, ему доставили, какие-то порошки и принялся смешивать их, заливая настойками. Или сиропами. С моего ракурса было не видно.

Он дал Люсиль что-то выпить… И не прошло и минуты, как девочка захрипела и закашляла.

Я едва не согнула кочергу, но доктор уже подсунул ей что-то еще. От нового пойла девочка успокоилась, откинулась на подушки и притихла.

Но этого ему было мало…

– Анна! – Марта зашипела на меня и пихнула в бок.

Видимо, ярость на моем лице читалась слишком отчетливо. Я уже готова была огреть этого недоврача той самой кочергой, что сжимала сейчас в руках.

Бродрик тем временем снова налил на ложку какой-то тягучий сироп.

– Прекратите немедленно! – я не выдержала и все же подала голос, решительно шагнув ксним.

Доктор Бродрик, сидевший на постели, грузно повернулся ко мне.

Кровать, натужно скрипнула, качнулись золотистые кисточки балдахина.

Лицо мужчины пошло алыми пятнами, и я слегка обеспокоилась его самочувствием. Впрочем чувство это быстро улетучилось, стоило ему раскрыть свой рот.

– Да что ты себе позволяешь?! – Брызжа слюной закричал он.

Я отпрянула, не ожидая такой бурной реакции. Завелся он буквально с полоборота!

Но один взгляд на малышку, что лежала в постели, вернул мне храбрость.

– Прекратите кормить ребенка этой дрянью! – Я все же решительно пересекла комнату и, пока не передумала, а этот боров не опомнился, вырвала из его рук бутылек и ложку. – Вы не видите?! У нее уже диатез от ваших сахарных сиропов!

– Я сам составлял рецепт этого снадобья! Оно лучшее в королевстве!

– Лучшее? Тогда почему Люсиль до сих пор больна?!

– Анна, ты что творишь? – подоспела Марта. Женщина, кажется, готова была упасть в обморок прямо здесь и сейчас. Она уже смяла весь свой накрахмаленный передник, а отвороты чепца от резких торопливых шагов и вовсе едва не хлопали ее по лицу.

Она подскочила ко мне с небывалой прытью, схватила чуть выше локтя и потащила к выходу.

– Простите, господин Бродрик, Анна, кажется перегрелась, пока растапливала камин.

– Ничего я не перегрелась! – Я вырвала руку из ее пальцев и посмотрела так, что Марта стушевалась. – У девочки вокруг рта скоро коросты будут, вся в сыпи и пятнах. А каждый раз после этих микстур ей становится хуже! Да она едва не задыхается!

– Да как ты смеешь, мерзавка! – Господин Бродрик поднялся. Он сделал шаг ко мне и уже собирался ударить, но его руку остановил другой мужчина.

Взгляды всех собравшихся обратились к лорду Локвуду. Я даже не заметила, как он вошел.

– Я бы попросил вас, Вильям, не поднимать рук на мою прислугу, – ровным тоном произнес он и перевел взгляд на меня.

Я внутренне похолодела. Вот и настало время… Сейчас все решится!

– Что здесь происходит? – его тон заставил меня сжаться сильнее. Каждое слово, словно щипок на струне моего самообладания.

– Эта дрянная девчонка..! – начал было доктор Бродрик, но лорд Локвуд прервал его.

– Я обращался не к вам, – он отпустил его руку. Вильям наморщил нос и выпучил пухлые губенки. Но все же замолк.

Лорд Локвуд продолжил морозить меня взглядом.

Я снова взглянула на малышку Люсиль. Та едва заметно приоткрыла глаза и посмотрела точно на меня. Мутный взор серых глазок без единой искорки…

Я сжала зубы. Едва заметно кивнула себе, подбадривая. Стиснула пальцы в кулаки.

– Анна… – тихо проблеяла Марта, снова пытаясь потянуть меня в сторону.

Но я уже все решила.

– Ваш доктор делает ребенку только хуже! – выпалила я и встретила прямой взгляд лорда.

– Неужели? – Он слегка выгнул свою черную бровь. В карих глазах блеснуло непонятное для меня выражение. – А вы, простая горничная, стало быть знаете, как лучше.

– Знаю. – Я кивнула и даже шагнула чуть ближе к нему. – И я не простая горничная.