[Я слышал, что эти камешки можно в предметы вставлять. Правда, сам не видел.]

[Да блин, эти трусливые очкозавры до жути боятся души использовать. Ждут, пока кто-нибудь другой опозорится.]

[Их реально не так уж много. Мобов надо валить специфических, шанс дропа около двадцати пяти процентов, поэтому тратить такую штуку хрен пойми на что страшно.]

[Говорю же, очкозавры.]

[Какой-то альтернативно одаренный гений вчера применил душу на обычном камне. Теперь у него есть камень двухсот пятидесятого уровня, который невозможно разбить.]

[А что этот камень делает?]

[Лежит, статусную надпись показывает.]

[Это успех, я считаю. ]

[Ну, он целое шоу из этого сделал, трансляции ведет, к нему теперь желающие в очередь выстраиваются, чтобы этот камень раздолбать, даже деньги платят. Так что реально успех.]

[Уже не платят. Сегодня утром прямо на стриме какой-то хрен взял камень, засунул его к себе в инвентарь и спокойно ушел в закат. Точнее, прыгнул в море и навсегда исчез. Привязки-то не было никакой.]

[Запись есть?!]

[Нет, увы. Там такая жуткая попаболь случилась, что гений в течение тридцати секунд все подчистил. Никто ничего скопировать не успел.]

[А этот чел?]

[Я так понял, он заранее послал своего ярла на три буквы и отвязался от родной территории, за счет чего возродился в каком-то другом месте. Короче говоря, операция была проведена по высшему стандарту.]

[Аплодисменты, занавес.]

Приняв к сведению обновленную информацию и посмеявшись над злоключениями бывшего владельца уникального булыжника, я вернулся к игре, миновал парочку холмов, после чего наконец-то вышел к логову морской змеюки. Та обнаружилась на своем обычном месте — длинное чешуйчатое тело заполняло своими кольцами чуть ли не всю бухту, а голова лежала среди прибрежных камней и внимательно рассматривала меня большими оранжевыми глазами.

— Чего уставился?

Змей ничего не ответил, однако перевел взгляд на бобра и многозначительно облизнул губы черным раздвоенным языком. Люцифер же, осознав, что его сочный волосатый организм может в очередной раз стать пищей для плотоядного монстра, откровенно занервничал.

— Фр! Фрр! Ф-ф!

— Не переживай, бро, он до нас не дотянется.

В ответ на мои слова пресмыкающееся нехотя шевельнулось и вытащило на берег мощную когтистую лапу, явно демонстрируя свою готовность побегать за сытным обедом.

— Ф-фр!

— Тихо, тихо…

Морской змей по-прежнему выглядел максимально неудобным противником — как за счет своей толщины, так и за счет наличия рядом спасительной воды, в любой момент готовой защитить его от нападения врагов. Тем не менее, моего текущего урона хватало для того, чтобы всерьез рассматривать его в качестве потенциальной жертвы — с учетом всех бонусов и без учета возможных критов я наносил в среднем тысячу сто тридцать единиц урона, чего с лихвой хватало для убийства мобов пятьдесят пятого или даже пятьдесят шестого уровня. Соответственно, для победы над змеем требовалось нанести всего пять или шесть ударов. Разумеется, в дело могли вмешаться резисты к физическому урону, шанс блока или какое-нибудь продвинутое уклонение, но общая картина все равно выглядела чертовски привлекательной. А главная проблема, как и всегда, заключалась в том, чтобы прожить достаточное количество времени для нанесения этих самых ударов.

— Предположим, я туда прыгаю, пет отвлекает…

— Фррр!

— Тихо… пет отвлекает, я тыкаю копьем… раз, два, три… пет дохнет…

— Ф-ф!

— Да уймись ты, мы тут чисто теоретически рассуждаем… я наношу четвертый удар… на пятом тоже дохну. Рискнуть, что ли?

— Ф-ф.

— Давай-ка рискнем. Помнишь, как мы моржа отвлекали? Вот давай то же самое сделаем. Ты аккуратненько подходи со стороны морды…

— Ф! Ф-р-р!

— Тихо. Подходишь со стороны морды, аккуратненько отманиваешь эту скотину на себя, но в пасть не лезешь. Потом, когда я скажу, бросаешься вперед и жестоко ее грызешь. Ясно?

— Фр.

— Жди команды.

Первую часть моего плана удалось выполнить очень легко — змей послушно отвлекся на оказавшегося рядом питомца, а мне удалось занять стратегически выгодную позицию возле одного из колец спрятанного под водой тела. Сближаться с ним все еще было страшновато, но для этого и существовал бобр.

— Люцифер, а атаку!

Змей обернулся на мой голос, затем увидел бегущего к нему питомца, дернулся обратно и тем самым дал мне возможность для атаки. Я отважно прыгнул вперед, нанес удар копьем… и чудодейственное оружие, соскользнув с гладкой чешуи, каким-то невообразимым образом вывалилось у меня из рук. Я проводил его ошеломленным взглядом, услышал горестный писк поедаемого заживо бобра, а еще через секунду бесславно умер, так и не заметив выпада оппонента.

— Вот сволочь…

К счастью, никаких материальных потерь не случилось — когда я возродился на центральной площади родного поселения, и копье, и питомец возникли там вместе со мной. А вот моральный ущерб оказался достаточно неприятным — я слишком уж сильно уверовал в собственное могущество и теперь жестоко страдал из-за разбитых иллюзий.

— Гондон волосатый, блин.

— Ты это про кого? — с легким подозрением уточнил проходивший мимо Рабинович. — Кто гондон?

— Змей морской. Козлина поганая.