Подкладывать свинью в виде Анечки Диме мне не хотелось. Во-первых, он только делал первые шаги на судейском поприще, а потому нуждался в толковом и опытном помощнике, а не в начинающей карьеру девице с апломбом и нулевыми знаниями. Во-вторых, Аня была очень красивой, яркой и нацеленной на поиски мужа, и только недавно женившемуся Диме такие заморочки точно ни к чему.

В общем, я терпела, и Аня тоже. По крайней мере, жаловаться она на меня не пошла и на переводе не настаивала, а продолжала каждое утро встречать меня отвратительным кофе и не очень споро сделанной работой, а также ворохом сплетен.

Вот и сегодня, не успела я зайти в кабинет и пристроить в шкаф легкий летний пиджак, как Анечка тут же вывалила на меня свежую порцию новостей.

– Представляете, Елена Сергеевна, в наш суд поступил групповой иск к Шутову.

– Групповой иск? – удивилась я.

Подобная практика все еще довольно редко использовалась в российских судах. Коллективный иск. Разумеется, можно было подать при условии нанесения вреда группе лиц, которые имели одинаковые претензии к обвиняемому, причем в индивидуальном порядке они оказывались весьма невелики в денежном выражении, а потому невыгодны, если подавать в суд отдельно.

Первый коллективный иск в России был подан в октябре 2019 года. Тогда претензии на 3 миллиона рублей к производителю косметики «Фем фаталь рус» предъявили 29 человек, которые утверждали, что их ввели в заблуждение о составе косметики, и требовали возмещения суммы покупки и морального вреда.

– И что это? Иск вкладчиков крупного банка из-за банкротства? Или иск участников долевого строительства к застройщику? Или иск жильцов к управляющей компании? Что вас так возбудило?

– Ну, не совсем групповой, конечно, – смешалась Аня. – Просто сразу три женщины подали свои иски к Шутову, утверждая, что они являются матерями его детей и на этом основании им положено по пятьдесят процентов от всего имеющегося у него движимого и недвижимого имущества.

– Три раза по пятьдесят процентов это сто пятьдесят процентов, то есть в полтора раза больше, чем у него есть, – вздохнув, сказала я. – Интересно, кто ж представляет интересы истиц, если не объяснил им такой лежащей на поверхности вещи?

– Что? – не поняла Аня. – При чем тут проценты? А интересы истиц представляет адвокат Трезвонский. Я слышала, что он очень опытный человек, так что легко разденет Шутова до трусов. И за этим вся страна будет следить в прямом эфире.

– Почему? – теперь не поняла я.

– Ну как же, Елена Сергеевна. Потому что это Шутов.

– А кто это?

Аня посмотрела на меня так, словно всерьез начала сомневаться в моих умственных способностях. «И эта женщина еще учит меня по всякому удобному поводу» – вот что я явственно читала на ее симпатичном личике.

– Елена Сергеевна, Валя Шутов – медиамагнат, телеведущий и очень известный блогер. У него многомиллионная аудитория. Ему принадлежат самые известные в стране скандальные телеграм-каналы. Вы что, совсем новостей не читаете?

– Не читаю, – согласилась я. – Как-то не до этого мне. А вы, я вижу, Анечка, имеете слишком много свободного времени, раз в курсе всей этой трескотни. Вот что. Вам домашнее задание. Раз уж вы упомянули коллективные иски, без всякого на то основания, замечу, то к завтрашнему дню освежите в памяти статью 46 Гражданского процессуального Кодекса, статью 222.11 Арбитражного процессуального кодекса и статью 42 Кодекса административного производства.

– Зачем?

– Ну как же. В российском законодательстве именно они определяют правила и порядок подачи коллективных исков. Согласно статье 46 ГПК РФ, в случаях, предусмотренных законом, органы государственной власти, органы местного самоуправления, организации или граждане вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов неопределенного круга лиц. Что касается арбитражного судопроизводства, то, согласно статье 225.11. АПК РФ, дела о защите прав и законных интересов группы лиц могут быть рассмотрены по корпоративным спорам, спорам, связанным с осуществлением деятельности профессиональных участников рынка ценных бумаг, а также другим требованиям, в случае если ко дню обращения в арбитражный суд лица к его требованию присоединились не менее чем пять лиц. В административном судопроизводстве обращение в суд группы лиц с коллективным исковым заявлением предусмотрено статьей 42 Кодекса административного судопроизводства РФ. Также разъяснения относительно подачи и рассмотрения коллективных исков были даны в Постановлении Пленума Верховного суда Российской Федерации от 27 сентября 2016 года «О некоторых вопросах применения судами Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации». Вот и прочитайте об этом.

– Ну, Елена Сергеевна, – возмущенно всплеснула руками Анечка. – Зачем мне это?

– Чтобы в следующий раз не бросаться направо и налево терминами, которые не имеют никакого отношения к обсуждаемому вопросу. Три отдельные мамаши, которые решили содрать денег со своего бывшего, никак не могут считаться группой, подавшей коллективный иск. Заодно поднимите и изучите самые крупные дела в российской практике. Например, одно включало в себя сразу три коллективных иска и касалось туроператора «Лабиринт». Тогда суд постановил взыскать с ответчика около 37 миллионов рублей компенсации, а иски подали в связи с тем, что туроператор, приостановив свою деятельность, не исполнил свои обязательства перед более чем 55 тысячами туристов и был обвинен в хищении не менее ста миллионов рублей, которые ранее получил от клиентов в счет оплаты туристических услуг. Второе дело, которое вам надлежит изучить, это коллективный иск к застройщику ООО «А101» о взыскании неустойки за просрочку передачи объекта. К иску присоединилось более девяноста дольщиков ЖК «Зеленый бор». Также почитайте материалы коллективного иска к «Яндекс Еде» за утечку персональных данных пользователей. Ну, и самым большим по числу истцов в истории заявлением в Верховный суд о признании незаконными ряда нормативно-правовых актов СССР и действий высшего партийного руководства СССР, приведших к развалу государства, тоже поинтересуйтесь. Там на момент подачи искового заявления было более ста пяти тысяч истцов.

Лицо у Ани стало совсем несчастное, но мне вовсе не было ее жалко. Девочке предстояло учиться, учиться и еще раз учиться, как в давние времена заповедал товарищ Ленин. Ее красный диплом магистратуры МГУ совершенно не гарантировал глубоких знаний, а без них успешную карьеру в юриспруденции не сделать. А если швыряться терминами, в которых ничего не смыслишь, то и подавно.

– А Марк Трезвонский в этом деле меня совершенно не удивляет, – смилостивилась я над своей помощницей, спускаясь от юридической теории на грешную землю. – Где скандалы и грязное белье, там он. Ничего не знаю про господина Шутова, более того, вообще в первый раз про него слышу, но мне его заранее жаль. Кому дело-то расписали?