— Что ж, леди высказалась ясно. Если у вас и в самом деле есть королевский указ, парень, я предлагаю показать мне его. А иначе сам отойди и уступи дорогу, или до конца жизни будешь сидеть на отметинах от моего меча.

На скулах коротышки заходили желваки:

— Ты совершаешь смертельную ошибку.

— Тогда разрешаю тебе сыграть веселенький мотивчик над моей могилой.

Локлан громко свистнул.

Большой серый конь, заржав, галопом бросился к нему. Мак-Аллистер одним махом взлетел в седло, направив одну руку с мечом на похитителей, а другую протянув Кэт.

Та ухватилась за предложенную ей руку, и Локлан, вскинув девушку на лошадиный круп позади себя, пришпорил коня, пустив его во весь опор. Обхватив руками стройную талию горца, Катарина в порыве благодарности крепко ее сжала. Если бы не тот факт, что она ненавидела даже воздух, которым дышал этот человек, она бы поцеловала его за то, что он для нее сделал.

— Спасибо, — сказала она ему на ухо.

Воин промолчал в ответ. Оглянувшись, он увидел, что похитители бегут к своим лошадям. Проклятье! Ему снова придется схлестнуться с ними, это точно.

Когда он остановился в этой деревушке, чтобы пополнить запасы и немного отдохнуть, меньше всего ожидал, что обнаружит здесь кузину Норы, жены его брата.

В прошлый раз лэрд виделся с Катариной во время ее краткого визита в его замок после того, как она и ее семья спасли жизнь его брату Ювину. Тогда девушка чуть с ума не свела Локлана своими постоянными колкостями, и он с радостью попрощался с этой занозой, надеясь, что она больше никогда не попадется ему на глаза.

Несомненно, ему снова не повезло, как, впрочем, не везло и все последние месяцы.

И все-таки этой женщине он был обязан жизнью брата, а коли так, Мак-Аллистер твердо решил спасти беглянку — не важно, в какую неприятность она влипла.

— Почему эти мужчины гонятся за тобой? — спросил он через плечо.

— Их натравил на меня мой папаша, да поджарит Люцифер его пятки.

— Твой отец?

— Да. Он хочет выдать меня замуж за одного человека. Будь я проклята, если пойду с ним к алтарю без сопротивления.

Локлан улыбнулся, несмотря на грозившую им опасность. Он был полностью согласен с таким отношением к браку.

— Я сочувствую тебе, девушка. Твой отец нанял этих людей, чтобы силой увезти тебя?

— Как ты узнал?

— Тебя не сопровождают Виктор и Бавел.

Ее дядя и кузен всегда оберегали и защищали ее. Куда бы Кэт ни направлялась, эти двое следовали за ней. И только похищение могло быть единственным объяснением того, что она оказалась здесь без них.

— Меня выкрали из гостиницы, в которой мы остановились. Уверена, Виктор и Бавел сейчас с ума сходят от тревоги за меня.

Это точно. Лично он был бы только благодарен за тот покой, который могло бы принести отсутствие Катарины. Но ее родственники — другое дело.

Локлан почувствовал, что девушка обернулась.

— Они нас нагоняют.

Выругавшись, он кинул взгляд назад и убедился, что она права.

— А они настойчивые, — произнес он.

— Как червяки в стремлении к солнечному свету, — отозвалась Катарина.

Воина поразило такое прямое, хоть и живописное выражение.

— Так сколько же твой отец заплатил им за похищение?

— Не думаю, что их так подгоняют заплаченные деньги. Скорее, страх перед его гневом.

— А кто твой отец, что он наводит на них такой ужас?

— Филипп, — коротко ответила она.

Шотландец нахмурился:

— Какой Филипп?

Девушка тоже нахмурилась:

— Ты не слушал отцовских прихвостней, когда они тебе об этом толковали? Филипп Капет.

Локлан замер, когда это имя дошло до его сознания:

— Король Филипп Французский?

— А что, есть другой?

Горца пронзило неприятное ощущение. Глупее, чем сейчас, он себя в жизни еще не чувствовал. Это говорило о многом, учитывая, что всякое бывало, когда ему приходилось присматривать за четырьмя своенравными братьями.

— Ты хочешь сказать, что я только что выкрал французскую принцессу из-под королевской опеки?

— Нет, ты только что освободил молдавскую княжну от человека, который считает, что может вынудить ее выйти замуж против ее воли лишь по его приказу.

Горец в гневе стиснул зубы:

— Я думал, ты крестьянка.

— Это смотря у кого спросить.

Локлана охватил ужас:

— Если я не получу от вас удовлетворительных объяснений, миледи, я остановлю коня и спрошу у следующих за нами людей, что они думают по этому поводу.