Первым поел я. Отодвинул тарелку. Выпил чай, и встал из-за стола. Сходил в спальню, чтобы переодеться, а потом спустился вниз, накинул пальто и взялся за ручку входной двери.

— Кирилл, — донеслось из столовой, и в холле возникла Шальная, — ты куда? Я думала ты в туалет пошёл. Нам же поговорить надо.

— На учёбу опаздываю, — улыбнулся я, — все вопросы по телефону, дорогая.

— Орлов!

Крик прорвался даже сквозь входную дверь. А нечего вот так врываться ко мне в спальню. Вдруг я неодет. Кто знает, до чего может додуматься эта женщина, рядом с моим спящим телом. А мне потом извиняться, когда прибью её ненароком…

Всё же день начался прекрасно. Не знаю, как дальше будут развиваться наши с Изольдой отношения, но подтрунивать над ней забавно. Но вечером всё же придётся поехать на стройку. Узнать, как там дела…

Телефонный звонок прервал мысли и речь преподавателя.

— Кирилл Дмитриевич? — Семён Венедиктович, преподаватель древнейшей политологии приподнял одну бровь.

— Прошу простить, — я сбросил звонок, но телефон тут же зазвонил вновь.

— Ответьте в коридоре, — кивнул Семён Венедиктович, — вдруг, что-то важное.

Я принял вызов, когда подходил к двери.

— Господин Орлов, — раздался в трубке встревоженный голос Петрова, — простите, что отвлекаю, но, что мне делать?

— В смысле? — не понял я.

— Мне разрешено работать? — промямлил в трубку Петров, — Изольда Игоревна ничего не знает.

— Да, я разрешаю Вам работать, — произнёс я, — ничего не бойтесь, я всё улажу.

— Благодарю, — ответил Петров и отключился. Я не успел шагнуть к кабинету, как раздался новый звонок.

— Господин Орлов? Это Арсений, управляющий, у нас тут проблема, бетоновозу пробили колёса по пути к стройке и весь бетон застыл, а у нас не заложены деньги на такой случай…

— Какой бетон? Какие колеса? — не понял я.

— Бетон жидкий, колёса у машины, — принялся объяснять управляющий. — Водитель говорит, что на светофоре рядом с ним остановился внедорожник, оттуда вылезли какие-то люди и пробили все колеса. Пока приехала аварийка, бетон застыл.

— И?

— Нужны деньги на новый бетон, страховка транспортной компании не покрывает такие случаи…

— Обратитесь к Николаю, — выдохнул я, — он выделит деньги.

Сбросил трубку и вернулся на пару. Взял ручку и продолжил записывать лекцию, но тут снова раздался звонок.

Взгляд Семёна Венедиктовича вновь проводил меня до выхода.

— Слушаю, — сказал я в коридоре.

— Господин Орлов, это снова Арсений, — залепетал в трубку управляющий, — у нас ЧП, камаз с гравием перевернулся на трассе, всё рассыпалось, надо заказывать новый.

— Николай, заказывайте.

— Господин, Орлов, — теперь уже звонил снова Петров, — у нас непонятная ситуация, поставщики изменили цены, и оборудование для операционной теперь стоит в три раза дороже… Простите, уже в пять.

— Это как? — не понял я.

— Они ссылаются на пункты договора для его отмены, и требуют новый…

— Так, — я помотал головой, пытаясь сомыслить новую задачу. — Обратитесь к адвокатам, могут ли они так делать? Николай знает хороших.

— Господин Орлов, — вновь Петров заставил меня выйти из аудитории. Семён Венедиктович уже, даже не хмурился, просто вздыхал.

— Господин Орлов, наш МРТ аппарат со склада ушёл в полевой госпиталь, теперь нам придётся ждать доставки из Германии…

— Игорь Павлович, — не выдержал я, — почему Вы звоните мне? Разве Изольда Игоревна не там?

— Прошу простить, Кирилл Дмитриевич, — пролепетал Петров, — она сказал, что сегодня Вы решаете все вопросы, но исключительно по телефону…

Да что бы её. Вот же… коза. Даже Гера до такого не додумалась бы.

— Ладно, — вздохнул я. Что ж, один-один. — Надо ждать, значит будем ждать.

Звонки продолжались всю пару. То плиты с бетонного завода приехали все в трещинах. То кирпичи не пропеклись и пришли слишком хрупкими. То у поставщиков закончились свёрла и гвозди с саморезами. То коллеги Петрова передумали у нас работать, а фабрика медизделий отказалась от поставки бинтов и шприцов.

Вершиной идиотизма стал приезд чиновника от администрации района. Он пытался что-то объяснить мне в трубку о станции метро, которая, возможно, к 2050 году появится в этом районе. И, скорее всего, прямо под клиникой. Значит здание надо снести, чтобы здесь всё время стоял пустырь. Готовился, так сказать.

Не знаю, какие у меня права в отношении чиновников. Можно ли было приказать Коле, дать ему пендаля? Но я сдержался и вежливо пообещал снести клинику, если через полвека начнут строить метро.