— Это могла быть случайность. Или наказание за предательство Той, кто даровал мне силу спасти свой народ. Вмешаться в эфирные плетения для неё наверняка не сложнее, чем наградить своим гневным взглядом разочаровавшего её сераткхим, — указал я на причину, которую считал наиболее вероятной, заодно проверяя, насколько моя единственная «Стражница» была в курсе всего.

— Повелительница эфира Тиамат, о которой ты говоришь, не встречалась выжившим сераткхим. В мифологии людей присутствует упоминание её имени, но в очень древней культуре, и оно никак не связано с эфиром, — всё же об истинном существе, что даровало эфир мне, а после и нашему народу, она знала. — Может, эфирный шторм, вызванный твоим плетением, нарушил работу камня?

Я думал о подобном развитии событий. Но мои воспоминания начинались с момента, как Уртанос использовал камень. Мог ли я просто забыть часть и позже проснуться из-за чьего-то влияния? Оставалась ещё одна деталь, указывающая на чужую волю.

— Тот, что, питаясь эфиром, должен был уничтожить камень и мой дух, а не позволить какому-то капитану буквально наткнуться на реликвию древнего народа?

— Да, он самый, — тон Сирэс ясно говорил, что она поняла, что её вариант маловероятен. — Считаешь, что Тиамат обрекла тебя на мучения в темнице из камня, что был создан, чтобы оградить твой дух от службы ей? А после и вовсе подстроила…

Девушка замолкла. Отсутствующий взгляд выдавал, что она уцепилась за что-то, начав быстро распутывать клубок моего чудесного спасения.

— Твой камень нашёлся уже после того, как я окрепла и восстановила свои силы, а Дизир обладал всеми технологиями и ресурсами, чтобы возродить сородича. Вмешавшаяся корпорация, возможно, не входила в планы, но выглядит и правда, будто чужая могущественная воля начала воплощать одной только ей ведомые планы, — рот Сирэс вдруг открылся и не закрылся, кажется, что-то слишком удивило её. — Может ли быть, что сам Дизир, а после и я были выбраны лишь инструментами для твоего воскрешения? А люди и их иная связь с эфиром и покорение галактики?

— Остановись, — холодно произнёс я, привлекая её внимание.

— Она следит за нами?!

Я отрицательно покачал головой. Но на деле я совсем не уверен в том, что Тиамат не может видеть всё, чего касается эфир. И даже если вся энергия не подчиняется ей, то один дух сераткхим буквально состоит из её дара.

— Не знаю. Но тебе не стоит переживать о ней. Повелительница эфира и мой долг пред ней — лишь моя ноша. И пока она не призвала меня к ответу, сосредоточимся на поисках сородичей, следуя плану Дизира.

Сирэс не сводила с меня хмурого взгляда, молчаливо обдумывая одной лишь ей известные мысли.

— Как скажешь. Но, кажется, теперь я понимаю, почему тайну получения Прародителем дара эфира оставили тайной, — по голосу девушки сложно было понять, на что она намекает. — Но мне всё ещё непонятно, почему был выбран титул «Прародителя», а не первого Прайм Лорда или Владыки Эфира.

— По ещё одной причине.

— Какой? — с интересом спросила Сирэс, не догадываясь, что её ждёт.

— Ты проверяла кое-что в комнате отеля, — указал я на свою осведомлённость, смотря на девушку, чьи щеки начали краснеть. — Резонанс. С тем, кто разделил дар эфира и принёс своему народу свободу, женщины резонировали практически со стопроцентным шансом. Или откуда, ты думаешь, у сераткхим было столько кланов с моим наследием эфира и крови?

— Я не думала об этом, — отвела она взгляд, чтобы не столкнуться с моим.

— О чём? О том, что я стал Прародителем множества кланов? Или что попытаться вызвать резонанс таким образом — это всё равно что наброситься голой на понравившуюся тебе мужскую особь?

— Эйден, прекрати!.. — взмолилась Сирэс, явно представляя, что я ей описываю, и ещё больше краснея от стыда. — Я же не сделала этого, не поддалась минутной слабости.

— Хорошо. Но не пытайся больше провернуть подобное без согласия, — перестал я давить на неё, добившись нужного результата.

— Моё поколение было лишено и шанса на резонанс, — вдруг жалобным тоном произнесла девушка, словно решив оправдаться. — И я хотела понять, что это за чувство. Хотя бы в теле человека.

Сирэс смотрела на меня с надеждой. Наверняка надеясь, что я сжалюсь и соглашусь с её причинами. Может, даже сжалюсь и позволю ощутить резонанс эфира без близости.

— Прости, Сирэс, — постарался я придать тону мягкости. — Но для меня резонанс нечто неприятное и вызывающее лишь отвращение.

— Из-за Праро…

Я кивнул ей до того, как она озвучила титул, что я получил не столько за дар эфира, который принёс своему народу. Скорее за то, что из-за этой особенности я стал родителем и партнёром многим сераткхим, дав начало новым линиям крови и кланам. Ценой того, что интимная и личная связь резонанса, что рождалась лишь у двух сераткхим разного пола, стала для меня болезненной и вызывающей отвращение к самому себе. И даже в жизни Заххака я не смог избавиться от него. Может, это и сделало меня иным. Странным, как сказал Дизир. Тем, кто испытывал влечение и чувства, что люди называют любовью, к представителю расы элунэ. И поэтому связь с Мари, наоборот, стала для меня выходом из этой пропасти.