Лора склонилась над ним держа небрежно в руке парализатор и погладила его по щеке.

— Алан, прости, но для тебя это будет лучше всего сейчас.

Он моргнул и провалился в сон.

***

Очнулся от того, что почувствовал, как его лицо кто-то лижет слюнявым влажным языком.

Открыв глаза увидел большую рыжую дворнягу, какая отскочила от него, как только он предпринял попытку подняться. Осмотревшись по сторонам обнаружил, что лежит на земле. Вокруг не было ни души и окружала его выжженная солнцем пустыня, только вдалеке виднелись небольшие постройки. Он поднялся на ноги и осмотрел себя: одежда на нём была грязная, в пыли и мазутных пятнах. Он пошарил себя по карманам. В бумажнике денег не оказалось за исключением какой-то мелочи, за то в нём он нашёл сложенную вчетверо записку:

" Алан, прости что всё так вышло, но по другому я поступить не могла. Выбирайся назад в Нью-Йорк, там найдёшь ответы на свои вопросы. Ты впутался в дерьмовую историю и выпутываться должен теперь сам.

Избегай встречи с полицией и не доверяй никому. Твои деньги ты уж извини я забрала, они мне сейчас нужнее чем тебе.

Р.S. Я вывезла тебя из гостиницы за город. Если пройдёшь с пол-километра на север, выйдешь к трассе. Это всё, что я могу для тебя сейчас сделать. Лора."

Алан выругался вслух и от досады пнул землю подняв облачко жёлтой пыли. Солнце уже припекало немилосердно и нужно было двигаться к трассе. Его путь проходил мимо чахлых частных построек, обитатели преимущественно мексиканцы- мигранты настороженно провожали его взглядом. Чумазые дети гоняли в футбол и играли в "войнушку" стреляя в друг- друга из игрушечных пистолетов. На одной из улиц он увидел колонку для воды. Он пил и никак не мог напиться. Вода ему казалась безумно вкусной. Напившись он почувствовал некоторое облегчение и на время так же стихли голодные спазмы в желудке. Он не ел со вчерашнего дня. Наконец ноги вынесли его действительно к автотрассе по какой с шумом проезжали большие грузовики и легковые автомобили.

Идя вдоль неё с вытянутым большим пальцем в надежде поймать попутку, он молил бога, чтобы не нарваться на полицию. Мимо него равнодушно проехали три огромные автофуры и две легковые автомашины.

Примерно спустя минут сорок возле него затормозил видавший виды грузовичок в кузове которого стояли накрытые брезентом в два ряда клетки с живыми курицами. Из кабины выглядывал сухопарый мужчина с усами и бородкой на лице, в шляпе стетсоне и чёрной рубахе. Алану его лицо показалось знакомым, только он никак не мог вспомнить, где он его мог видеть.

— Куда путь держишь, сынок?— Спросил тот приветливо глядя на Алана.

— Мне надо доехать до Нью-йорка.

— О! Далеко собрался...А самолётом не быстрее будет?

— У меня деньги украли.

— Ясно… Ну ладно, прыгай в кабину. Я еду к себе на ферму, что под Бейкерсфилдом, могу довезти тебя туда, а там дальше ещё чем-то будешь добираться.

Алан кивнул и открыв дверь сел на пассажирское место рядом с водителем. Внутри кабина воняла куриным помётом смешанным с бензином. Он сморщился, но виду не подал. Машина набирая скорость помчалась навстречу серой ленте дороги.

Большую часть дороги Алан пытался вспомнить, где он уже видел этого мужика?

Последний оказался на редкость болтливым и всю дорогу рассказывал ему то про какой он рекордный урожай кукурузы собрал со своего поля, какие у него классные куры- несушки...о том, что налоги для фермеров опять повысили, корма дорожают, а закупочные цены не меняются.

Алан слушал его вполуха и прислонившись к окну задремал под мерный скрип грузовичка.

Фермер заметив, что Алан заснул проворчал себе, что-то под нос и сплюнув в окно дальше ехал молча.

В Бейкерсфилд они приехали поздно вечером. Алан сошёл на ближайшей автостанции. Фермер перед тем, как уехать сунул ему в руки пакет с жаренной курицей и четырьмя варёными яйцами. Ещё достал из бумажника сотенную купюру и также вручил её Алану. Тот был немного смущён и не хотел брать, но фермер настаивал сказав, что это для проезда ему домой.

Старый грузовичок со скрипом развернулся на месте и поехал обратно под недовольное кудахтанье кур в клетке кузова.

Из кабины высунулась вверх рука поднятая для прощания, Алан махнул в ответ.

Автостанция была ярко освещена, имела стеклянный зал ожидания, ряд касс. Сбоку притулились несколько небольших киосков по продаже фаст-фуда. Автобусы тускло отсвечивая металлом радиаторных решёток стояли в ряд, возле некоторых толпились пассажиры входя внутрь. Он подошёл к кассе и попросил билет до Нью-йорка. Не молодая кассирша, не удостоив его даже взглядом молча выбила билет и казённым тоном пробубнила:

— Шестьдесят два доллара семьдесят пять центов.

Алан сунул деньги в окошко и забрал билет вместе со сдачей.

Его рейс должен был отправиться через тридцать минут.

Присев на свободную скамейку он с жадностью накинулся на жареную курицу и яйца.

За доллар купил сигарет в ближайшем магазинчике и после нескольких затяжек жизнь показалась ему не такой уж плохой. Он присел на скамейку и задумчиво смотрел в пустоту обдумывая, как ему теперь быть дальше и что делать, когда вернётся в Нью-Йорк. Наверное нужно идти в полицию и всё рассказать, как есть. Судьба Сары и Синди остаётся туманной и те кто её похитил должны быть найдены и заодно, чтобы ему объяснили в какую задницу он влип.