— Деда, а ты вот сюда нажми, и скажи ему вслух, — показала Алиса на значок с микрофоном.

Хранитель сощурился ещё сильнее, пытаясь разглядеть иконку голосового поиска. Нашёл. Надавил мизинцем.

— Прошу завести пластинку Александра Николаевича Вертинского, — раздельно и отчётливо, с подчёркнутой вежливостью и тактом обратился он к срамному куску пластмассы.

— Вот, что я нашла! — радостно и звонко ответила трубка, которую дёрнувшийся всем телом от неожиданности дед тут же и уронил вниз. Прямо на банку с Осиной, что зажимал ступнями, не доверив другу ехать в багажнике. Ося немедленно сообщил всё, что думал на тот момент о грациозности косоруких стариков, бесовских пластмассовых коробках и ситуации в целом.

— А-а-ать! — оживлённо поддержал его Павлик, в очередной раз плюнув соской мне в спинку сидения.

— Оська! Плохому мальца научишь! — пропыхтел Хранитель, пытаясь выудить смарт, скользнувший вперёд, в темноту под креслом Лины. На что прослушал от Древа ещё порцию советов касательно рекомендованного маршрута и особенностей следования по нему. Фантазии и опыта у Осины хватало.

В общем, весело было.

Пролетали мимо машины, городки и деревни с незнакомыми мне людьми. Впереди была неизвестность, но перед ней — Тверь и Каргополь. Сзади беззлобно собачились старики-разбойники: Ося капризно требовал завести арию князя Смоленского, непременно в исполнении Василия Степановича Шарапова, и негодовал, что проклятая говорящая шарманка не понимала Речи, из-за чего приходилось толмачить Хранителю. Алиса рядом уже икала от смеха. Лина сняла кроссовки и закинула стройные ноги на переднюю панель, шевеля пальцами в такт музыке. Время от времени спрашивая, не хочу ли я кофе или пожевать. Пристроив узкую ладошку поверх моей, что лежала на рычаге коробки передач.

Подумать только — у меня не было ничего. Ни цели, ни сил, ни смысла, ни желания, не говоря уж о семье. Всего неделю назад я был совсем один и смотрел на гостеприимную сосновую ветку. А теперь все, кого я узнал и полюбил, были рядом, со мной. И от этого запас энергии, тепла, света — той самой Яри внутри — казался бесконечным. Да, неделька выдалась, конечно — не дай Бог никому. А теперь — Солнце в небе, цель впереди, семья вокруг. Если это не счастье — то я не Ярослав Змеев, Странник и Аспид.

— Ас-с-сь. Пидь! — снял все сомнения Павлик за спиной, снова выплюнув соску.