По телу неожиданно скользнули мурашки.

— Это против правил, — пробормотала я, когда на талию уверенно легли большие, горячие ладони.

Тело охватил пьянящий трепет, во рту собралась слюна, от предвкушения. Я скользнула руками по мужским предплечьям. Крепкие, жилистые. Он выше меня, спортивного телосложения.

Еще немного выше — пальцы коснулись чисто выбритого подбородка.

Его пальцы гуляли по моей спине и ненавязчиво обводили контуры тела. Он провел по шее, немного скользнул пальцами под грудь, очертил талию.

— Ты не миниатюрная, — прямо заявил мужчина.

— Да, я среднего роста и не могу похвастаться супер-тонкой талией или попой-орех.

— Мягкая, женственная… — возразил мужчина. — Приятная в общении.

Он сделал движение, будто увлек меня в танец.

Я закрыла глаза: так глупо, кругом и без того было темно. Но прикрытые глаза — это совсем другое, возникло чувство, будто темнота вокруг — это мой выбор, и мы просто танцевали.

— Как насчет того, чтобы продолжить общение?

— В обход правил?

— Агааа! — заулыбался он.

Я потрогала его щеки.

— У тебя нет ямочек на щеках.

— Это фиаско, увы. Никаких ямочек, — хмыкнул.

Я осмелилась провести еще немного выше.

— Прямые брови. Очень прямые.

— А у тебя, готов поспорить, очень красивые и вкусные губы, — заметил и… поцеловал меня.

Так неожиданно.

Уверенно, но вместе с тем мягко. У него горячие, твердые губы. Знающие, что надо делать.

Во рту возникла сухость, сердце забилось в тысячу раз быстрее после непродолжительной остановки.

Новое касание, теперь уже напористее. Его язык попробовал мои губы — совсем немного, лизнув кромку.

Мне захотелось сделать то же самое в ответ.

И… когда я обхватила его за плечи, раздался тот самый ужасный звук.

Свидание завершено.

По идее, надо выбрать.

Но я не собиралась в этом участвовать вообще, а теперь не знала, как поступить, если выбрать хотелось… его — мужчину под номером три, уверенно и нагло захватившего себе и четыре, и пять.

— К черту правила! — опередил меня мужчина. — Давай сразу встречу назначим?

— Я даже не знаю.

Легкие отказывались работать.

— Почему? Думаешь, не понравлюсь тебе при свете? — новый толчок его губ в мои, нежный напор, жаркое дыхание. — Ммм?

— Боюсь, очарование пропадет.

— Тогда давай устроим встречу в темноте? Как тебе идея?

Уж не предлагал ли он…

— Отель “Ривьера”. Завтра, в восемь вечера. Забронирую номер на имя Ю… Евгения, — одернул себя.

Наверное, он назвал ненастоящее имя. Едва не сказал имя на букву Ю. Скорее всего, его зовут Юрий.

Согласиться прийти — безумная идея, правда?

— Думаешь, я приду?

— Буду ждать тебя, — поцеловал. — Как зовут?

— Лё… — едва не сказала Леля, от имени Оля. Но потом тоже решила назваться другим именем. — Лёка.

— От имени Алёна?

— Ага…

Нас уже нетерпеливо подгоняли. Администратор ворчал.

Евгений, который не хотел называться Юрием, сбил всю систему.

Я прошмыгнула на выход, дождалась подругу.

Она была в приподнятом настроении. И, даже несмотря на то, что парни у нее тоже не отличались ничем таким, все равно не унывала.

— А ты как сходила?

— Меня чуть не склеили. Мужчина полез целоваться, — я хотела пошутить, но вышло… смущенно.

— Вау! — глаза приятельницы загорелись. — И как?

— Ммм…

Я потерла запястье.

— Ты покраснела. И еще у тебя побежали мурашки! — пискнула Карина. — То есть все было круто.

— Он назначил свидание в обход всех правил.

— Смельчак. Соглашайся… Боже, это так круто и сексуально! Жаль, мне ничего такого не предложили. Только отсос на заднем сиденье бэхи, а еще был хам, который сразу сказал: «Мне не нужна эта фигня. Я не знакомлюсь!» Мерзкий, высокомерный тип! Если не хочешь знакомиться, зачем пришел?! Забрал целое свидание… — возмутилась подруга.

Кажется,. я поняла, кого она имела в виду.

Я спрятала улыбку: мне нравится его голос, и он классно целуется — тот самый “мерзкий тип”.

Еще у меня с ним свидание.

Почему бы нет?

Кто согласен пойти на свидание с «мерзким типом» еще и без ямочек на щеках? :)

Плюсуем в комментарии - тык!

Глава 3

Глава 3

Оля

Как я и думала, отец с мачехой были настроены оставить всю гурьбу детей и дедушку на меня. Поэтому, когда я за ужином объявила, что завтра не смогу проследить за семьей, поднялось весьма бурное обсуждение.