Сердце начинает колотиться, как сумасшедшее. Вскакиваю с кресла, хватаю с тумбы светильник, вырывая его из розетки, и встаю возле двери.

Щелчок замка, дверь открывается, от шока размахиваюсь. А дальше светильник с моим воинственным воплем уже по инерции летит в голову зашедшего мужчины. Светильник разбивается со звоном о голову вошедшего.

— Слава! Ты еб*нутая?! Ты что творишь?! — хватается за голову Руслан.

— Руслан?! — распахиваю в шоке глаза, даже не замечая, как с меня свалился плед и я стою перед ним в одних трусах и с голой грудью.

Ярослава

— Чернов?!

Хватаю плед, быстро укутываясь и пытаясь прикрыть грудь. Несмотря на то, что моими стараниями в его голову прилетел светильник, эта сволочь похотливо осматривает мою грудь. Неисправимый мерзавец.

— А ты кого ожидала увидеть? — стряхивает с себя осколки и прикладывает руку к голове.

И вот как бы я его ни ненавидела, эта сволочь, как всегда, неотразим. Статный, широкоплечий, подтянутый. Мне кажется, мышцы стали больше, что подчёркивает тонкий обтягивающий торс белый джемпер. И, конечно, этот блядун не упустит возможность похвастаться татуировками на руках, закатав рукава. И их тоже стало больше. Всего год прошел. Но, вопреки моим молитвам, эта скотина не бомжует на помойке, а процветает.

Ненавижу еще больше! Да такой степени, что нечем дышать.

Больше всего мы ненавидим тех, кого любили. Так и есть, как ни прискорбно это признавать.

— Да кого угодно! Бандитов, похитителей, маньяка, в конце концов, но только не тебя, — отхожу подальше, потому что Чернов делает пару шагов в мою сторону. Взгляд у него такой… Он всегда смотрел на меня так, словно я богиня, с восхищением и блеском в зелёных глазах. А я, идиотка, велась на эти его блядские глаза. И сейчас так смотрит, что на секунду спирает дыхание и обрушиваются воспоминания о нас. О том, что в прошлой жизни, всего год назад я была счастлива.

— Ну извини, — разводит руками Чернов. — Хочешь, стану для тебя маньяком? — ухмыляется, но тут же морщится, хватаясь за голову. Нехило я, видимо, его приложила. И вот вообще не жалею. Мало ему. Убила бы, если бы за это не светила уголовная ответственность.

— Стань невидимкой! Испарись, — глубоко втягиваю воздух. Отхожу еще на пару шагов назад, когда Чернов спокойно падает на кровать и прикрывает глаза. — Где мы? — пытаюсь восстановить цепочку событий. Да ни при каких раскладах не могла я оказаться с этой сволочью на одной территории.

— Посёлок Красная Горка. Точнее, за десять километров от посёлка, — с закрытыми глазами отвечает Чернов.

Замечательно. Впервые слышу об этом чудном месте.

— Как мы здесь оказались? — тоже присаживаюсь в кресло. Голова гудит. Нет, с похмелья я не впервые. Но так плохо не чувствовала себя никогда. Точно отравилась. — Да черт с тобой! Как я здесь оказалась?

— А ты не помнишь, кошечка моя? — усмехается, но морщится, снова хватаясь за голову. — Нехило ты меня приложила. Посмотри. Не пробила голову?

— К сожалению, нет, — фыркаю. — Как я здесь оказалась? — настаиваю на своем.

— Ты позвонила и попросила забрать тебя на край света. Край света не нашел. Но здесь тоже ничего.

— Чернов, не надо мне тут рассказывать свои байки! Ты последний, кому я могла позвонить! Нет, ты даже не последний. Тебя нет в моем списке в общем.

— А вчера ты говорила совсем другое, — с сожалением выдыхает.

Да черт!

Прикрываю глаза, потираю виски, пытаясь вспомнить. Нам подарили коктейли от заведения. Милый мальчик-официант что-то нес про акцию, и вот после них я как-то очень сильно опьянела, пошла в туалет освежиться… А дальше провал…

Да не могла я ему позвонить! Тем более просить увести меня.

— Или ты говоришь правду, или я повторю попытку твоего убийства.

— Я готов умереть, — раскидывает руки на кровати с выражением лица, как будто только что выиграл в лотерею.

— Так! — вскакиваю с кресла. Да плевать, как я здесь оказалась. Главное – быстрее убраться отсюда. У меня свадьба завтра, в конце концов. Смотреть на этого мужика, дышать его персональным запахом – это выше моих сил. — Где моя одежда, сумка и телефон?

— Не знаю, — продолжает спокойно лежать и размеренно дышать. — Давай поспим часика два? Или ты завтрак хочешь?

— Я хочу, чтобы ты прекратил строить из себя идиота. Верни мне телефон, меня заберут отсюда! — требую я.

— Нет, — качает головой.

— В смысле «нет»?

— В прямом, кошка моя. Мы выйдем отсюда только вместе и только в загс.

— Ахахах, — смеюсь в голос. — У тебя больная фантазия, Чернов.

— Очень больная.

— Так, подожди… — впадаю в ступор, начиная вспоминать. Не всё. Вспышками. Вот я умываюсь в туалете холодной водой. Вот и правда беру свой телефон и звоню, но только не ему, а в такси. Вот прощаюсь с подругами, ссылаясь на плохое самочувствие. Дальше не помню. Но… Я помню его запах. Его руки. Помню, как отбиваюсь от них и кричу, чтобы не лапал меня…